archive.redstar.ru

Победивший тьму

Оцените материал
(6 голосов)

Офицер спецназа смог вернуться в строй после тяжёлого ранения

Детство Сергея Лопатько – сына лётчика-истребителя – прошло в постоянных разъездах. Мальчуган познал и зной Запорожья, и суровый климат далёкой Камчатки, терзаемой штормами и снежными буранами. И везде любил наблюдать, как после ненастья через затянутое тучами небо пробивается солнце. Мог ли он тогда предположить, что спустя много лет ему самому предстоит бороться за себя, разгоняя непроглядную тьму?

ОПЫТ ПРИХОДИТ С ПОТОМ И КРОВЬЮ
– Где служить хотите, молодой человек? – тихим голосом, но отчётливо произнося каждое слово, спросил лейтенанта Лопатько, только что выпустившегося из Новосибирского военного института внутренних войск, офицер­кадровик 100-й дивизии оперативного назначения.
– В спецназе, – лаконично ответил Сергей, предвкушая, что скоро он, совсем ещё юный лейтенант, вольётся в ряды элиты войск правопорядка.
– Похвально, – произнёс кадровик. – Только вот вакансий там сейчас нет.
Сергей расстроился, но постарался не подать вида. Однако от взгляда опытного офицера это секундное замешательство не ускользнуло.
– Не переживай, сбудется твоя мечта. Предлагаю в оперативной части послужить пару месяцев, а там, глядишь, и в спецназе место появится, – подмигнул он лейтенанту.
То ли знал кадровик что-то, то ли просто угадал, но спустя три месяца Сергея перевели в станицу Наурскую, в 46-ю оперативную бригаду, где в 2001 году начали формировать роты специального назначения.
Радости лейтенанта не было предела: сбылась мечта! С неделю он ходил окрылённым. Только жизнь всё быстро расставила по местам, и эйфория сменилась осознанием того, что практически всё, чему его пять лет учили в институте, в реальной службе мало пригодится: два года, несмотря на снятие конвойной функции с внутренних войск, курсанты продолжали изучать премудрости охраны исправительно-трудовых учреждений и этапирования заключённых. Времени на раскачку не было – на Северном Кавказе шла война.
Первые полгода командование бригады, что называется, обкатывало молодое подразделение: рота выставляла заслоны, сопровождала колонны, выделяла манёвренные группы. Люди набрались опыта, притёрлись друг к другу. А спустя шесть месяцев Сергей и его спецназовцы стали выходить на поиски, засады, блокирования боевиков.

ТРИ СЕКУНДЫ ЗАБЫТЬЯ
Колонна из нескольких грузовиков и бронетранспортёров, пыля колёсами, медленно поднималась в горку. Августовское солнце, почти достигшее зенита, палило нещадно. Старший лейтенант Лопатько, сидевший на пассажирском сиденье в кабине одного из «Уралов», внимательно вглядывался в «зелёнку», окаймлявшую местность вокруг Ишхой­Юрта.
Отбросив дурные мысли – ничего плохого с ним не могло случиться! – Лопатько перевёл взгляд на ехавший впереди бэтээр. Вдруг всё вокруг потемнело. Старшего лейтенанта сжало, как пружину, а потом с силой ударило о металлический потолок кабины.
…В себя он пришёл быстро, секунды через три. Заученным движением потянулся за автоматом, но всё тело пронзила страшная боль, будто через него пропустили высоковольтный ток. Сергей попытался открыть глаза, но не смог. Попробовал ещё раз – не получилось. Да что такое! Ведь вокруг идёт бой, он слышит раскаты автоматных очередей, грохот рвущихся гранат, глухие выстрелы подствольников. А увидеть происходящее не может!
Внезапно кто-то сдёрнул его с сиденья. Сначала Сергея опустили на землю, а потом куда-то понесли.
– Командир, не волнуйся, мы тебя вытащим, – он узнал голос медика. – Жить будешь.
– Что со мной? Что с глазами?– едва слышно произнёс офицер.


После курса реабилитации Сергей вернулся на Северный Кавказ, где служил до 2011 года


ВОЗВРАЩЕНИЕ К СВЕТУ

В сознание он приходил часто, внимательно прислушиваясь к происходившему вокруг. Слышал, как товарищи тащили его к какой-то гражданской машине, остановленной на дороге. Как на этой развалюхе, громыхавшей на ухабах, мчались на базу. Слышал, как грузили в «вертушку», а из неё несли в грозненский медсанбат. Потом бортом отправляли в подмосковный Реутов, в госпиталь внутренних войск. Слышал, как анестезиолог, шурша халатом, прилаживал к его лицу маску.
Очнулся Лопатько на больничной койке. Вокруг была всё та же тьма. Тело, посечённое осколками, будто терзали мириады коротких жгучих уколов. Медленно, с неимоверным усилием старший лейтенант поднёс еле слушавшуюся руку к своему лицу, коснулся плотной марлевой повязки.
– Правого глаза у вас теперь нет, а левый нам удалось спасти. Так что радуйтесь, – услышал он мужской голос. Оказалось, что рядом с ним в это время находился оперировавший его хирург майор медслужбы Игорь Пархоменко.
От этой новости в голове у Сергея загудело, как будто на неё надели колокол и ударили по нему кувалдой. Враз пересохло в горле, захотелось рыдать.
Через неделю, когда повязку сняли, левым глазом офицер мог различать контуры людей и предметов, если за ними находился источник света. Соседи по палате говорили, что радоваться надо, мол, живой остался, зрение сохранили. А ему выть хотелось! До боли, до скрежета сжимал зубы, чтобы не заплакать.
Отчаяние накатывало волнами, заставляя молодого человека всё глубже и глубже уходить в себя. Окончательно не впасть в уныние помогали друзья из «Альфы», «Вымпела», «Витязя» и «Руси», с которыми довелось работать на Кавказе. Они были частыми гостями в его госпитальной палате. Приходили, шутили, рассказывали новости, вспоминали совместные операции, уверенно говоря, что жизнь не закончилась даже после такого тяжёлого ранения. Она просто обрела новую форму.
Три месяца Сергей колесил по госпиталю на инвалидной коляске. Когда руки и ноги окончательно зажили, стал осторожно передвигаться самостоятельно. Изредка бросал взгляд в зеркало, всматривался в себя, с тоской думая: «И кому я теперь такой нужен? А как же служба?»
Спустя полгода его, значительно окрепшего, отправили в санаторий на реабилитацию. Как-то после долгой прогулки по парку Сергей присел на лавочку и стал просто глядеть в небо. Внезапно набежавшие тучи закрыли солнце, погрузив землю в серое уныние. Закапал дождь, вскоре превратившийся в такой ливень, что прятаться от него в парке было бессмысленно.

ЧЕЛОВЕК НА СВОЁМ МЕСТЕ
Вскоре его дела окончательно пошли на поправку. После курса реабилитации Сергей вернулся на Северный Кавказ, где служил до 2011 года, пока не поступил в академию. Для этого, правда, ему пришлось подать рапорта на имя министра обороны и министра внутренних дел с просьбой о допуске к вступительным экзаменам, несмотря на последствия ранения. Никаких поблажек он для себя не просил, все зачёты и тесты сдавал на общих основаниях. И сдал успешно!
Когда после окончания учёбы решался вопрос о месте его дальнейшей службы, Сергей Вячеславович попросил направить его в Новосибирск, в родной вуз.
– Если бы мне когда-то сказали, что вернусь в свой институт преподавателем, я бы не поверил, – улыбается полковник Лопатько. – Но сейчас здесь чувствую себя на своём месте. Здесь я нужен, мне нравится проводить занятия, передавать свой опыт и знания. А если с ними, не дай бог, случится беда, чтобы не падали духом и верили в себя. Этому я тоже могу научить на своём примере.
Офицер, победивший тьму, знает, о чём говорит.

Другие материалы в этой категории: « Породнённый с небом Воевали не за награды, »

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика