archive.redstar.ru

A+ A A-

Командир грозной «Шилки»

Оцените материал
(9 голосов)
Командир грозной «Шилки» Фото из личного архива Ивана Чучкина.

В Афганистане зенитные комплексы не всегда использовались по своему изначальному предназначению

О том, что ему предстояло ехать на войну, он узнал на медицинской комиссии. Медики, улыбаясь, говорили: «Отбираем вас, ребята, «на экспорт». Особого страха не было – хотелось себя испытать. Потом была «учебка» в Узбекистане, где отцы-командиры готовили из новобранцев расчёты для зенитных самоходных установок ЗСУ-23-4 «Шилка». Впервые увидев эту машину, рядовой Иван Чучкин испытал чувство восторга…

Три месяца в учебном подразделении пролетели быстро. И вот – Афганистан. Кандагарский аэродром встретил их боевой суетой: взлетали и садились самолёты, сновали машины, спешили по своим делам военные. Только что прибывшие из Союза зенитчики думали, что сразу пойдут в бой, но выстрелов слышно не было, и нахлынувшее вдруг ощущение тревоги исчезло.
– В феврале 1986 года я попал в зенитную ракетно-артиллерийскую батарею 70-й отдельной мотострелковой бригады, – вспоминает Иван. – У «духов» не было авиации, но всё равно четыре «Шилки» и зенитные ракетные комплексы «Стрела-10» круглые сутки охраняли небо над аэродромом. Несколько раз засекались неопознанные цели. Наверное, это были пакистанские самолёты. Правда, они не демонстрировали враждебных намерений. Понятно почему: кроме «Стрел» и «Шилок» у «шурави» были ещё и более мощные зенитные ракетные комплексы «Оса».
Находиться на аэродроме Кандагар долго нам не пришлось – послали служить за двадцать километров от города на заставу. Когда ехали туда, поразило большое количество разбитой техники, ржавеющей у обочин дороги…
Вскоре состоялось и наше первое боевое крещение. Когда стемнело, афганцы начали обстрел. Я находился рядом с «Шилкой». У моей машины не было специального ночного прицела, поэтому пришлось пользоваться обычным – оптическим. По тому месту, откуда велась стрельба, выпустил сразу 400 снарядов. Тут же в бой вступили мотострелки, начал стрелять танк. Получив своё, «духи» прекратили обстрел.
Ивану Чучкину приходилось выполнять боевые задачи и на других участках. Например, на заставе у склада ГСМ. Вот, как описывал это место писатель Александр Проханов в рассказе «Кандагарская застава»:
«Застава угнездилась впритык с прежним складом горючего – здесь хранился запас городского, кандагарского топлива. Огромные серебристые баки, уложенные плотно на высокие бетонные стенки, тускло мерцали на солнце. Напоминали громадный орган, вмурованный в чёрное тело горы. Баки и впрямь начинали гудеть и вибрировать, когда разрывалась над ними мина, посыпая железо осколками. Да и выстрелы танковых пушек порождали в резервуарах долгое, унылое эхо. Склад заставы «Гэсээм» был построен ещё американцами. Но с начала войны все цистерны были многократно прострелены. Испарился на жарком солнце запах бензина, и от баков веяло пыльным железом, исходил унылый мутный свет. Застава при переговорах в эфире имела позывной «Альфа». В просторечии же, у водителей военных машин, у солдат батальона, охранявших дорогу, у всех, кто служил в Кандагаре, звалась «Гэсээм». Имела репутацию самой воюющей. Как, впрочем, и соседствовавшие с нею заставы – «Гундиган» и «Элеватор». Зона непрерывной кровавой борьбы с «зелёнкой».
Обычно на заставе размещался мотострелковый взвод со средствами усиления – танком, «Шилкой», миномётом. Заставы располагались по всей трассе приблизительно в двух километрах друг от друга. Раньше на месте заставы ГСМ стоял пост правительственных войск. Однажды ночью «духи» напали на него и полностью вырезали, из гранатомёта подбили танк, который к приезду Ивана все ещё находился на заставе, напоминая всем, что может случиться, если потерять бдительность.
Жизнь здесь была однообразной, но не скучной. По ночам доставали обстрелы из миномёта, а днём – снайперы. К тому же с интервалом в два-три дня, а то и чаще, шли колонны автомобилей. И личный состав заставы делал всё, чтобы обезопасить их проход.
По выявленным огневым точкам «духов» били артиллерия и авиация. Свою долю в огневое подавление засад противника вносила и «Шилка» Ивана.
Прослужив восемь месяцев в Афганистане, Иван Чучкин стал командиром зенитной самоходки. О своей машине он до сих пор высокого мнения, восхищается её огневой мощью.
Конечно, в Афганистане от высоких температур страдала не только техника, но и сам экипаж. Температура внутри машины поднималась до 60 градусов. Поэтому очень тщательного ухода требовало вооружение.

 

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

Апрель - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Март - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31
«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика