archive.redstar.ru

A+ A A-

Строительству знаменитого подводного газопровода предшествовала самоотверженная работа военных моряков Балтийского флота.

АРХИВНЫЕ НАХОДКИ
10 августа 1998 года постановлением Правительства РФ была утверждена федеральная целевая программа «Мировой океан», направленная на комплексное изучение, освоение и использование ресурсов и пространств Мирового океана в интересах экономического развития России, обеспечения её безопасности и охраны морских границ. В разработке и реализации подпрограммы «Военно-морские интересы России в Мировом океане», заказчиком которой выступило Министерство обороны, самое активное участие принимали военные учёные и моряки.


Трубы газопровода укладывались на тщательно обследованное и очищенное дно моря


39-05-06-15– Уже тогда стали прорабатываться вопросы, связанные с возможным применением сил флота, в том числе для ликвидации остаточной минной опасности на больших морских площадях, – рассказывает капитан 1 ранга запаса Александр Щербина, в недавнем прошлом офицер штаба Балтийского флота, а ныне – руководитель морской практики управления мореплавания Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота. – Во время послевоенного боевого траления на Балтике, завершившегося в середине пятидесятых годов, от мин и других взрывоопасных предметов в первую очередь очищали гражданские порты и портопункты, международные судоходные линии и рекомендованные пути, затем – военно-морские базы и полигоны боевой подготовки. Работали тогда в основном с якорными минами, и только в портах, военно-морских базах и на выходах из них – с донными. В последующие годы устранением минной опасности занимались не столь активно, причём работа эта тоже носила выборочный характер. После того как реализация флотской части ФЦП «Мировой океан», включая строительство «Северного потока», была поставлена на повестку дня, начались сбор, обработка и анализ данных по произведённым во время военных действий минным постановкам и противоминным работам.
К поиску и анализу информации были привлечены сотрудники Первого центрального научно-исследовательского института Минобороны РФ (1-й ЦНИИ Минобороны РФ) и ФГУП «Государственный научно-исследовательский навигационно-гидрографический институт Минобороны РФ» (ГНИНГИ Минобороны РФ). Параллельно в Калининграде сбором данных занимались два офицера Балтийского флота – капитан 1 ранга Александр Щербина и старший водолазный специалист БФ капитан 2 ранга Алексей Онищенко. Главным источником информации для них стали архив Балтийского флота и библиотека штаба флота. Флотским исследователям повезло: с попавшими в их руки документами плотно работали в годы военного и послевоенного боевого траления, ввиду чего они не были согласно заведённому порядку отправлены в Москву. В противном случае поиски были бы значительно осложнены.
– Всё это было очень интересно и где-то необычно, – рассказывает Александр Владимирович. – Вскрываешь наглухо заколоченный ящик, а там книжная пыль толщиной в палец. Впервые увидел немецкие морские навигационные и навигационно-артиллерийские карты конца девятнадцатого – начала двадцатого века, морские карты, изданные в Польше и Прибалтике в 20-х – 30-х годах, некоторые отечественные и зарубежные руководящие документы и наставления. Почерпнули там много полезного для дела. Находили российские дореволюционные правила минной службы со схемами и рисунками, переводы аналогичных немецких документов довоенного и военного времени. В результате получили хорошее представление об арсенальных минных модификациях, уяснили для себя, чем отличаются как внешне, так и внутренне зарубежные мины производства мирного и военного времени. Всё это, как и многое другое, впоследствии пригодилось. Были и курьёзы. Врезалась в память закладка в одном из старых наставлений по боевому применению, оказавшаяся, по всей видимости, отрывком из политдонесения: «…Из землянки Героя Советского Союза Бориса Петровича Ущева (командир 2-го отряда торпедных катеров 1-го гвардейского дивизиона торпедных катеров бригады торпедных катеров Балтийского флота. – Авт.) раздавались пьяные возгласы, прославляющие товарища Сталина, Советскую Родину и Военно-Морской Краснознамённый Флот». Такое вот необычное послание из прошлого…
Как наши, так и немецкие карты предстояло не только изучить, а полученную информацию проанализировать, но ещё и перевести их в действующую систему координат. Работа была объёмной, однако она того стоила: в итоге удалось создать достаточно объективную картину реальной минной обстановки в Финском заливе и Балтийском море. Когда уже приступили к практическим действиям, не единожды случалось, что не обнаруженные сразу мины потом всё-таки находили, причём именно там, где это прогнозировалось аналитически.

 

В проекте участвуют Россия, Германия, Нидерланды и Франция. Вначале против его реализации выступали страны – транзитёры российского газа – республики Прибалтики и Швеция. Проект называли плохим с политической, экономической и экологической точек зрения, делая акцент на угрозе, исходящей от покоящихся на дне Балтийского моря боеприпасов времён Первой и Второй мировых войн. Подготовительные работы к строительству начались в 1997 году, само строительство – в конце 2005-го. В апреле 2010 года трубы начали укладывать на дно. Первая нитка газопровода заработала 8 ноября 2011 года, вторая – через 11 месяцев.

 

ВИВАТ, СУХОМУ ЗАКОНУ!
40-05-06-15Первоначально готовили две группы разминирования, каждую со своей зоной ответственности и решаемыми задачами: кронштадтскую и балтийскую. Когда стало ясно, что в Калининградскую область ответвления газопровода не будет, оставили лишь кронштадтскую группу, прикомандировав туда Щербину и Онищенко. Непосредственным руководителем работ был назначен командир 105-й бригады кораблей охраны водного района Ленинградской военно-морской базы (ЛенВМБ) капитан 1 ранга Сергей Пинчук. Капитан 1 ранга Щербина на период экспедиции стал командиром группы минной разведки, планирования и контроля разминирования, капитан 2 ранга Онищенко – его заместителем.
Непосредственным уничтожением выявленных взрывоопасных предметов надлежало заниматься группе разминирования и подрыва (ГРиП), сформированной из представителей 473-го отряда специального назначения борьбы с подводными диверсионными силами и средствами. В группу, которую возглавил командир отряда капитан 2 ранга Александр Кондратьев, вошли капитан 3 ранга Константин Медведев, капитан-лейтенант Дмитрий Чугунов, мичман Алексей Герасименко и старший матрос Гамид Селимов.
Работу экспедиции обеспечивали отряд кораблей ЛенВМБ в составе базового тральщика БТ-115, малого противолодочного корабля (МПК) «Зеленодольск» (на борту которого разместился командный пункт руководителя работ), противодиверсионного катера «Фаворит-500», а также научно-исследовательского судна «Нептун» ГНИНГИ, к тому времени преобразованного в ОАО.
Ликвидацию остаточной минной опасности на российском участке газопровода предстояло проводить последовательно от бухты Портовая (западнее Выборга) до российско-финской морской границы северо-западнее острова Гогланд по меридиану 26 градусов 28 минут восточной долготы. Предварительное обследование и минная разведка коридора строительства газопровода в российском секторе трассы наглядно продемонстрировали угрозу, таящуюся на морском дне. По состоянию на 8 сентября 2009 года в непосредственной близости от предполагаемой оси газопровода были технически выявлены 28 опасных и потенциально опасных подводных объектов: донных и якорных мин, глубинных бомб и минных защитников, а также крупнокалиберных артиллерийских снарядов. В ноябре, как и планировалось, всё было окончательно готово к проведению подводных противоминных работ.
О всепоглощающей нацеленности участников экспедиции на противоминную страду наглядно свидетельствует такой, несколько курьёзный эпизод.
–  В самом начале экспедиции, в Бьёрке-Зунде, – вспоминает Александр Щербина, – Сергей Михайлович Пинчук, мы с Алексеем Онищенко и ещё двое ребят из ГРиП убыли на «Нептун», чтобы после проведённых квалиметрических испытаний уточнить ряд вопросов по организации взаимодействия и алгоритму совместной работы. Едем и рассуждаем: после официальной части, как водится, будет ещё и неофициальная, закон флотского гостеприимства обязывает. Как бы максимально тактично, дабы не обидеть принимающую сторону, намекнуть, что нынче не до дружеских посиделок, что всё сейчас должно быть сосредоточено на работе? Приехали, обсудили насущные вопросы, стали собираться обратно. Подходит главный инженер «Северного потока» капитан 2 ранга запаса Валерий Иванович Блинков, виновато улыбается. Ребята, говорит, вы уж извините, но у нас сухой закон… Мы с облегчением выдохнули: вот и хорошо!

На пределе сил
Экспедиция официально стартовала 3 декабря 2009 года. За несколько месяцев до этого на прибрежных глубинах бухты Портовой работали специалисты из других ведомств, в основном сотрудники МЧС, в очередной раз подтвердившие свою высокую квалификацию. Когда значения изобат перевалили за десятиметровую отметку, эстафету у них приняли балтийские моряки.
Нелишне отметить, что  все подводные работы проводились в строгом соответствии с действующими международными правилами и стандартами, включая требования конвенций: по морскому праву, об открытом море, по защите морской среды Балтийского моря. О закрытии опасных районов давались заблаговременные оповещения, тщательно проверялось отсутствие посторонних судов и людей. Не оставались без внимания и меньшие наши братья: перед каждым подрывом (которые осуществлялись только в светлое время суток) рыбы, морские животные и птицы отпугивались работающими в активном режиме гидроакустическими средствами, сигналами тифона, сирены, корабельных колоколов.


Общая ширина обследованного коридора 240 метров: трубы укладывали по его оси


41-05-06-15Работали точно по картам, плотно, как на конвейере. Ширину очищаемого от взрывоопасных предметов коридора заблаговременно взяли с некоторым запасом – по 120 метров влево и вправо от намеченной линии укладки трассы газопровода. Обнаруженные мины и другие опасные предметы, как это и предусматривалось, подрывали на месте – иногда для этого требовалось несколько попыток. Если рядом находились силовые кабели, другие элементы донной инфраструктуры, тактика менялась: выявленные боеприпасы аккуратно разминировали на месте или транспортировали в сторону от запретной зоны, и уже потом подрывали.
–  Одно дело – отрабатывать всё это на тренажёрах и в полулабораторных условиях, в привычных, «намоленных» уже местах, совсем другое – работа в ранее малознакомой естественной среде, тем более такой непростой, как Финский залив, – говорит капитан 2 ранга Алексей Онищенко. – Временные параметры сразу ползут вверх, выкладываться нужно на полную катушку. Нам с Александром Владимировичем ещё куда ни шло, после работы была возможность отогреться на корабле в обнимку с обогревателями. Когда стали активно использовать ТПА (телеуправляемый подводный аппарат), уже и не требовалось каждый раз самим спускаться под воду. А вот кому было по-настоящему трудно, так это ребятам из ГРиП: по семь-девять часов подряд находиться на пронизывающем ветру, – такого никому не пожелаешь. Как ни укутывайся, ни утепляйся, а всё ж зима, Финский залив. И вот ещё о чём, считаю, нужно сказать: у всех, кто там находился, было ощущение единого сплочённого экипажа. В середине декабря увольнялась в запас группа старшин и матросов срочной службы, за ними пришёл кронштадтский учебный катер, и парни, ступая на его палубу, едва сдерживали слёзы: большинство из них готовы были оставаться на своём посту до конца экспедиции.
Кажется невероятным, но за всё время экспедиции не возникло ни одной экстремальной ситуации – настолько высоким был общий уровень подготовки и организации дела. В чём, по мнению моих собеседников, немалая заслуга комбрига Сергея Михайловича Пинчука и командира 473-го отряда Александра Михайловича Кондратьева. Что же до самых трудных вахт, то они, по словам Александра Щербины и Алексея Онищенко, начинались уже после завершения дневных работ, когда в оставшееся до утра время нужно было составить подробный отчёт за истекшие сутки и выработать предложения по работе на следующий день. А это означало 4–5 исписанных убористым почерком листов по каждой обезвреженной мине или другому взрывоопасному предмету, подкреплённых пятью-шестью фотографиями объективного контроля данного предмета с момента его технического обнаружения до фиксации подрыва и его результатов. Эпистолярная вечерне-ночная канитель выматывала порой куда больше дневной работы, а ведь по окончании экспедиции предстояло ещё перевести все фигурирующие в отчётах координаты из космической системы в морскую с последующими предложениями по открытию обследованных районов для ведения морехозяйственной деятельности.
–  Когда первая экспедиция уже подходила к завершению, со мной произошёл достаточно странный случай, – рассказывает Александр Владимирович. – Выхожу на ходовой мостик корабля – и вдруг перед глазами отчётливо, как наяву, один за другим проходят сюжеты, в которых наши ребята совершают те или иные ошибки, ведущие к подрыву боезапаса. То, чего на самом деле не было, но при определённых обстоятельствах потенциально могло произойти. Не могу всё это рационально объяснить, однако при подготовке к следующей экспедиции мы постарались сделать максимум, для того чтобы заблаговременно исключить возможность материализации таких «сюжетов».

ФЛОТ ГАРАНТИРУЕТ
42-05-06-15Первая экспедиция завершилась 21 декабря 2009 года. Вторая началась 15 мая 2010 года и продолжалась до 14 июня. Теперь уже было гораздо проще: помогал ранее наработанный опыт, район был хорошо изучен, базовый тральщик сменило гидрографическое судно с лучшими бытовыми условиями, погода выдалась по-летнему тёплой. В Финском заливе, обследование которого продолжилось, было обнаружено и обезврежено много мин, торпед, других взрывоопасных предметов в тех местах, где ранее их нахождение было просчитано аналитически. Крупные осколки одного такого объекта под номером 19.41, сначала вычисленного, а затем уже обнаруженного технически (это была немецкая морская донная мина), после подрыва были собраны со дна и переданы в музей Балтийского флота. Те, что помельче, растащили на сувениры участники экспедиции.
При обследовании территориальных вод других государств к работе последовательно подключались представители военно-морских сил этих стран. В международных водах основная тяжесть водолазных погружений легла уже на специалистов Газпрома, представители Военно-морского флота выполняли лишь функции координаторов и наблюдателей.
Всего за время двух экспедиций военные моряки Балтийского флота обследовали и очистили от взрывоопасных предметов донный коридор общей протяжённостью около 100 километров. Были обнаружены, идентифицированы, уничтожены либо разминированы 143 опасных и потенциально опасных предмета. Флот дал твёрдую гарантию: дорога «Северному потоку» открыта.

 

Протяжённость «Северного потока» – 1224 километра. Сегодня это самый длинный подводный газопровод в мире. Максимальная глубина моря в местах прохождения трубы достигает 210 метров. Диаметр трубы – 1,151 м. Масса одного отрезка трубы вместе с бетонной рубашкой – 24 тонны, всего таких отрезков 199 755. Общая масса стали, использованная при строительстве газопровода, – 2,42 млн тонн. В строительстве участвовали 148 морских судов. Мощность газопровода – 55 млрд кубических метров в год, что эквивалентно энергии, вырабатываемой на 14 атомных и 50 угольных электростанциях.

Фото из архива
Александра ЩЕРБИНЫ.

 

 


 

 

 

 

 



 

 



Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

Апрель - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Март - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31
«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика