archive.redstar.ru

A+ A A-

Психоисторическая война

Оцените материал
(5 голосов)

В начале этого года известный российский мыслитель Андрей Фурсов представил Изборскому клубу доклад, посвящённый проблеме глобального управления и его субъектов – структур наднационального (мирового, глобального) согласования и управления. По словам автора, «Задача этого доклада – наметить основные контуры русской версии узловых мировых событий последних 150 лет, представить реальную картину мировой борьбы за власть, информацию и ресурсы, чтобы, применяя эту версию и эту картину, использовать их как эффективное оружие в психоисторической войне вообще и против фальсификации истории в частности».

ОДНОЙ из форм глобального управления является психоисторическая война, распространяющаяся на такую важную сферу, как история, на знание и понимание прошлого, без чего невозможно знание и понимание настоящего и будущего.
Одна из линий борьбы за прошлое – фальсификация истории, в частности, отрицание существования скрытых субъектов глобального управления. Тот, кто стремится к мировому господству, делает всё, чтобы затушевать свои действия и представить их в качестве либо случайностей, либо неких системных массовых процессов, развивающихся якобы самих по себе.
Для нас анализ субъектов глобального управления важен особенно, поскольку Россия и русские – их экзистенциальный противник. Для уничтожения в первую очередь России, для установления контроля над её ресурсами и территорией были организованы две мировые войны ХХ века, а по сути одна Большая война 1914–1991 годов, из которой до сих пор не сделаны многие важные выводы.
В частности, до сих пор эти события и их последствия анализируются без учёта интересов, целей и деятельности главных поджигателей – наднациональных структур, которые и сегодня продолжают вести психоисторическую войну против России и русских, планируя окончательное решение русского вопроса…
МЫ ЖИВЁМ в военное время – военное вдвойне. Натовской агрессией против Югославии, а точнее, против сербов началась перманентная горячая война, ставшая следствием разрушения СССР: Афганистан, Ирак, Ливия, Сирия. Одновременно с горячей, то параллельно ей, то переплетаясь с ней, развивается набирающая силу иная форма «холодной войны» – организационная. Её главной целью является разрушение оргструктур (структур управления) общества-мишени – всех: от социальных и финансовых до структур сознания и познания, т.е. структур психосферы в самом широком смысле этого слова.
Именно эта сфера постепенно становится основным театром действий организационной войны, которая в психосфере делается войной психоисторической. У этой войны (оргвойны в психосфере) несколько уровней (измерений): информационный, концептуальный и метафизический (смысловой).
Информационная война в узком смысле – это действия на уровне фактов, их фальсификация, искажение определённым образом.
Концептуальное измерение психоисторической войны затрагивает, как ясно из названия, концептуальную интерпретацию фактов, т.е. развивается в сфере перехода от эмпирических обобщений к теоретическим.
Метафизическая война – высший пилотаж оргвойны в психосфере – есть преимущественно война смыслов. Физическая победа без победы в метафизике в смысловой сфере невозможна.
В качестве конкретного примера можно привести версию катынских событий, восходящую к Геббельсу. Информационный уровень психоисторической акции: нас убеждают (путём грубых фактографических подтасовок, разрушающихся при постановке элементарных вопросов), что поляков расстрелял советский НКВД.
Затем переход на концептуальный уровень: расстрелял, потому что НКВД – элемент «кровавого сталинского режима», а вся история СССР – проявление тоталитаризма, иллюстрирующая его. Здесь вешают на уши образ («кровавый сталинский режим») и концепцию «тоталитаризм», причём сам этот термин должен подтолкнуть объект информагрессии к уравниванию «сталинизма» и «гитлеризма».
И, наконец, метафизика: тоталитаризм якобы вытекает из парадигмы русской истории, из всего её опыта, смысла, которые, следовательно, подлежат изменению.
Разрушению властных и финансово-экономических структур СССР предшествовало разрушение смыслов и ценностей советского общества, оргпогром психосферы. При этом основные удары наносились по фактографии, концепциям и метафизике истории: целили в коммунизм, а били по России и русским. Целили в настоящее и близкое прошлое («сталинизм»), а на самом деле били по прошлому вообще, по историческому, цивилизационному целому, а следовательно по будущему.
ЦЕЛЬ психоисторической войны – разрушить организацию психосферы противника, посадив его на ложный информпоток, лишив его собственных смыслов и ценностей и навязав чуждые, разрушительные понятия, парализующие волю к борьбе.
Битва за историю – это по сути главная битва оргвойны в психосфере, поскольку она подрывает её сразу по нескольким направлениям, включая психоудары по исторической памяти (наиболее важные события, наиболее значимые и знаковые фигуры), по идентичности, по традиционным для данной цивилизации ценностям.
Центральное событие советской истории – Великая Отечественная война, победа в ней. Это безусловная ценность, абсолютная скрепа, объединяющая людей не только в России, но и на просторах СНГ, а кое в чём даже за его пределами. И естественно, что именно война и победа становятся главной мишенью в психоисторической войне.
Саму Великую Отечественную войну подонки от науки и околонауки либо переименовывают в «нацистско-коммунистическую», либо добавляют к Великой Отечественной определение «так называемая». Другие пытаются доказать, что Сталин готовился напасть на Германию, но Гитлер опередил его на две или на три недели. Третьи пытаются доказать, что СССР несёт такую же ответственность за развязывание Второй мировой войны, как и третий рейх, аргументируя это фактом «Пакта Молотова – Риббентропа» (так они предпочитают называть советско-германский договор 1939 г.).
Именно подобной позиции придерживается целый ряд западных, прежде всего англо-американских и немецких исследователей (если их в данном случае можно назвать исследователями, скорее речь должна идти о пропагандистах, о солдатах и офицерах оргвойны за историю), а также их единомышленники в РФ.
Нередко с пропагандистами таких взглядов начинают спорить по частностям или того хуже оправдываться. А ведь обе схемы – «план» Сталина первым напасть на Гитлера и якобы равновеликая ответственность Германии и СССР за возникновение Второй мировой войны рассыпаются от элементарного наступательного удара на самом нижнем уровне психоисторической войны – информационном, позволяя развернуть наступление на концептуальном и метафизическом уровне.
В БЛИЖАЙШИЕ пять лет нас ждёт немало круглых дат русской и мировой истории: 2014 г. – 100 лет с начала Первой мировой войны; 2015 г. – 200 лет с окончания наполеоновских войн и установления «Венской системы»; 2016 г. – 25 лет с момента разрушения СССР; 2017 г. – 100 лет Октябрьской революции; 2018 г. – 100 лет с начала Гражданской войны в России и 200 лет со дня рождения Маркса.
Можно не сомневаться, что эти даты и стоящие за ними события, тенденции и лица станут поводом (и полем) дальнейшего развертывания психоисторической войны против России.
Отмечается столетие начала Первой мировой войны, и о ней уже сегодня много пишут, в том числе и у нас. Вспоминают героев этой войны, ход боевых действий, эпоху. Восстанавливается историческая память, и это, конечно, хорошо. Нехорошо другое: уже сейчас видно, что намечается тенденция противопоставления Первой мировой Великой Отечественной. Оно развивается в контексте противопоставления Российской империи как чего-то положительного Советскому Союзу как чему-то отрицательному.
Для России, русских и мировой истории значение двух этих войн несопоставимо.
В 1914 году Вильгельм II и немцы не ставили, в отличие от Гитлера, задачу стирания русских из истории – физического уничтожения одной половины русских и культурно-психологического (т.е. оскотинивания) другой.
Ставки в Великой Отечественной были неизмеримо и несравнимо выше, чем в 1914 году – быть или не быть России и русским вообще, и уже поэтому ни о каком уравнивании двух войн быть не может, при всём уважении к памяти павших в Первой мировой. Я уже не говорю о том, что геройствовал и погибал русский солдат на полях Первой мировой не столько за русский интерес, сколько за кошельки англо-американских и французских банкиров, у которых самодержавие Николая II было почти по уши в долгах. Это во-первых.
Во-вторых, «Первая германская» для России окончилась поражением и распадом государства. Из Великой Отечественной СССР вышел не просто победителем, но одной из двух сверхдержав. На фундаменте Победы СССР просуществовал почти полвека, но и РФ существует только потому, что до сих пор не удалось разрушить этот фундамент.
В-третьих, две войны – чёткие иллюстрации того, что в одном случае (Российская империя) мы имели больное общество, в другом (СССР) – здоровое. Как только в 1915–1916 году был выбит старый офицерский корпус, рухнула армия, а вместе с ней самодержавие, государство. Заменить офицеров, как персонификаторов модального типа личности (а его нужно-то 7–8 процентов населения), оказалось некем.
В 1941 году был выбит довоенный офицерский корпус, рухнула армия, потеряв миллионы пленными. Но уже через несколько месяцев другой, вновь созданный офицерский корпус, другая армия нанесли поражение вермахту под Москвой, затем последовали Сталинград, Курск и красное знамя над рейхстагом. Произошло это потому, что в 1930-е годы был создан тот самый модальный тип личности, советский человек, который и вышел победителем в войне, расписавшись на рейхстаге.
ТЕМУ принципиальных различий можно продолжать долго, но здесь имеет смысл сказать о другом – о важном уроке Первой мировой. Ту войну проиграло олигархизированное, коррумпированное самодержавие, превратившее Россию в финансово зависимый сырьевой придаток Запада, придаток с заметно ограниченным суверенитетом.
В ситуации начала 1917 года тогдашнего «главного начальника» – царя – свергла великокняжеско-генеральско-буржуазная олигархия (при содействии британцев), то есть представители 200–300 семей, правивших (как им казалось) Россией. Объективно олигархия сыграла роль пятой колонны.
История прежде всего руками имперски настроенной части большевиков и военных Генерального штаба вышибла эту олигархию из страны. Объясняя причины успеха СССР во Второй мировой войне, Черчилль заметил, что в отличие, например, от той же Франции в СССР в канун войны была ликвидирована пятая колонна. Да и с агентурой, как влияния, так и нелегальной, добавлю я, не церемонились, действуя «по законам военного времени и правилам поведения в прифронтовой полосе».
История мировых войн показывает: у семейно-олигархических систем нет шансов победить. Они сдают «главных начальников» или свергают их, рассчитывая откупиться их головами и продлить свой «пикник на обочине» Истории. Но напрасные надежды: они слетают вслед за «главным начальником».
Первая мировая в России продемонстрировала это со всей ясностью. Этот урок, как и наших павших на обеих войнах, мы должны помнить, воздавая должное героям Первой мировой и не позволяя никому принижать значение героев Великой Отечественной и Победы в ней.
Мораль из всего сказанного выше: в психоисторической войне в целом и в информационной  в частности, особенно в такой сфере, как история, не следует ждать, пока противник нанесёт удар, нужно бить первыми.
Нам требуются свои работы по истории событий, юбилеи которых приближаются, но и вообще по истории России и обязательно по истории Запада, с которым и в пользу которого сравнивают Россию. При этом в ходе сравнения у России выпячивается негатив, а то ей и просто приписывается нечто в реальности не существовавшее, а у Запада ретушируются тёмные пятна.
НУЖНО сказать, что умение табуировать неприятные для Запада темы и неприглядные преступные страницы его истории – характерная черта западной культуры, в том числе научной. Запад, прежде всего его англосаксонское ядро, превратил себя, своё уникальное историческое «я» в универсальное мерило, на соответствие которому оценивается всё остальное.
Потому мы должны писать не только свою историю, но и историю Запада (и Востока, конечно) без ретуши. Нам необходима систематическая, наступательная и стратегически выверенная работа в сфере боёв за историю, прежде всего своё прошлое, но и чужое тоже. Это необходимое условие победы в битве за будущее.
В свою очередь, это требует теоретической интерпретации истории Запада, России, мира как систем. Применительно к последним столетиям это означает творческую разработку проблем капитализма и советского строя.
В то же время анализ и теория капитализма как системы – это прежде всего анализ наднационального (глобального) управления. Его субъектом является системообразующий элемент капиталистической системы – организованная в закрытые структуры мирового согласования и управления («ложи», «клубы», «комиссии» и т.п.) верхушка мирового капиталистического класса.
Эта верхушка, преимущественно англосаксонская, стремится превратить в функции капитала всё принципиально некапиталистическое и подавить всё непохожее на протестантизм. В этом плане Россия – втройне враг этих структур: православный опыт, коммунистический опыт, великая держава, двести лет стоявшая на пути создания «мирового правительства».


(Продолжение следует.)

1 Комментарий

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

Апрель - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Март - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31
«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика