archive.redstar.ru

A+ A A-

«Спасибо за науку, Юрий Фёдорович!»

Оцените материал
(1 Голосовать)

25 МАЯ исполняется 91 год со дня рождения Героя Советского Союза генерал-полковника в отставке Юрия Зарудина. О ровесниках Юрия Фёдоровича, как и он, родившихся в 1923 году, принято говорить, что по ним коса войны прошлась особенно безжалостно. 18-летние необстрелянные мальчишки, они полегли, бесстрашно встав в 1941-м на пути всесокрушающей гитлеровской военной машины.

И совсем не случайно, а согласно какой-то необъяснимой логике войны, как и жизни вообще, многие наши военачальники, командовавшие в 1970-е, 1980-е годы армиями, военными округами, руководившие крупными штабами, занимавшие высокие посты в Министерстве обороны, были именно 1923 года рождения. При них, прошедших учинённый им войной жестокий «естественный отбор», а в послевоенные годы постигших в академических аудиториях ещё и стратегическую мудрость, обороноспособность страны поднялась на такую высоту, что наши вероятные противники в те годы не были столь заносчивы.
...Но всё это будет потом. А в войну будущие командующие и главкомы командовали ротами, батальонами.
Выйдя из госпиталя после тяжёлого ранения, полученного на тульском направлении, старший лейтенант Юрий Зарудин в боях при освобождении Могилёвской области был ещё дважды ранен.
24 июня 1944 года стрелковая рота под его командованием разгромила гарнизон противника в деревне Жевань и с ходу форсировала реку Бася. Заняв первые вражеские траншеи, подразделение, окружённое противником, в течение четырнадцати часов беспрерывно отбивало контратаки танков и пехоты гитлеровцев. Затем рота - также в числе первых - форсировала Днепр, закрепилась на плацдарме и прикрывала наведение моста через водную преграду.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 марта 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования старшему лейтенанту Юрию Зарудину присвоено звание Героя Советского Союза.
Основные вехи послевоенной службы Юрия Фёдоровича выглядят так: Военная академия бронетанковых и механизированных войск, командир полка в Прикарпатском военном округе, Военная академия Генерального штаба, командир мотострелковой дивизии, армейского корпуса, командующий общевойсковой армией на Дальнем Востоке, заместитель командующего войсками Ленинградского военного округа, командующий Северной группой войск, первый заместитель главнокомандующего войсками Южного направления, главный военный советник в Социалистической Республике Вьетнам.
Сегодня генерал-полковник Зарудин - вице-президент Российской ассоциации Героев, член коллегии Российского государственного военного историко-культурного центра при Правительстве Российской Федерации.
Обычно «Красная звезда» по случаю дня рождения достойного человека сказать заздравное слово на своих страницах в его честь предоставляет кому-нибудь из коллег именинника. На этот раз решено было отступить от сложившейся традиции и напечатать поступившие в редакцию воспоминания бывшего старшего сержанта Виталия Сенника, служившего в 1950-е годы в 95-м полку 27-й механизированной дивизии Прикарпатского военного округа, которым командовал Герой Советского Союза полковник Зарудин.
«НА ВОЕННУЮ службу - пишет Виталий Борисович, - меня призвали в 1954 году. Службу начал на Западной Украине, в городе Стрый. Попал в полковую школу, где отучился восемь месяцев и стал сержантом.
Всех премудростей постижения воинской науки не опишешь, но не сказать о наших марш-бросках никак нельзя. Подобные испытания в мирное время выпадают далеко не каждому. Даже в армии. Совершали мы их на различные расстояния - от 2 километров (спортивные) и кончая 25. Но раз в год на Яворовском полигоне проводился 60-километровый марш-бросок в составе полка. К тому же в сопровождении танков.
Такой марш-бросок требовал от солдат высокой натренированности, силы и выносливости. Нужно было за световой день преодолеть дистанцию с полной боевой выкладкой: автомат, патронная сумка с двумя снаряжёнными магазинами, пять гранат, противогаз, малая пехотная лопата, вещмешок, шинельная скатка, плащ-накидка. Бежали трусцой, с короткими привалами на отдых и приём пищи.
В марш-броске участвовал и командир полка полковник Юрий Фёдорович Зарудин, который своим примером поднимал наш боевой дух и хотел лично убедиться, на что способен его полк.
Картина марша выглядела так. По правую сторону дороги колонной двигалось более полусотни танков. Слева от них бежали мы.
Танки приминали густую траву. От летней жары, выхлопных газов, разогретых бронированных корпусов, трения гусениц трава становилась настолько сухой, что загоралась от малейшей искры из выхлопной трубы. По земле бежало пламя, в воздух поднимались клубы дыма и пыли, в которых мы задыхались. В общем, создавалась обстановка, и в самом деле приближенная к боевой.
На одном из переходов неподалёку от себя я увидел бегущего командира полка. Некоторое время бежали рядом. Потом он обогнал нас и возглавил колонну. Среднего роста, худощавый - было ему тогда лет 30 с небольшим, - бежал он быстро. Правда, без амуниции, но уже одно его присутствие придавало всем нам силы и задора.
О душевности командира полка, близости его к солдату свидетельствует и такой пример.
Однажды во время занятий по огневой подготовке к нам в роту нагрянула комиссия. Проверяющих интересовало не только методическое мастерство офицеров и сержантов, но и наша огневая выучка. Стреляли мы, как потом выяснилось, не лучшим образом. Но сидевшие в блиндажах показчики решили выручить нас. Пулями они пробивали в мишенях дырки, полагая, что их удастся выдать за пробоины. Обман тут же раскрылся, и рота получила двойку.
О ЧП стало известно командиру полка, и он тут же приехал на стрельбище. Мы, прежде всего офицеры, ожидали разноса на повышенных тонах, взысканий, но полковник посмотрел нам в глаза так, что мы готовы были сквозь землю провалиться:
- Да, дела... Нет навыка, умения - куда тут ты денешься?..
Сказано было таким тоном, словно вину за наше неумение стрелять и попытку втереть проверяющим очки полковник брал на себя.
- Ну вот что. Нормы на расходование боеприпасов временно отменяю, пока не научитесь стрелять. Снаряжать магазины будете так: один патрон обычный, два - трассирующие, чтобы вы видели, куда пули посылаете. И так стрелять будете до тех пор, пока не научитесь поражать мишень с первой очереди - по наитию. В войну вон немцы вели огонь из автоматов вроде бы и неприцельно, от пояса, но попадали так, что почти до Москвы дошли...
И показал, как те это делали. Боевым опытом, оказывается, можно делиться и так.
Занятия проходили в основном ночью. Когда стали стрелять увереннее, убрали одну трассирующую пулю, потом и вторую. Меткость стрельбы улучшилась, цели научились поражать одной короткой очередью в 2 - 3 патрона. Первоначальный перерасход боеприпасов был компенсирован их последующей экономией, достигнутой за счёт нашего умения.
Доложили Зарудину: рота может идти в бой в любое время суток.
Не сказать, что командир полка усомнился в докладе, но удостовериться в степени нашей огневой выучки решил лично. Проверял каждую мишень. И хотя в тот день исходил полковник от огневого рубежа до мишенных установок и обратно немало километров, настроение его поднималось после каждой ходки: все цели поражались с первой, от силы со второй очереди.
Вот и получалось, что Зарудина учила война, а мы учились войне у него.
Со своим командиром полка мы принимали участие в различных учениях, в том числе с участием армий стран Варшавского Договора. На одном из таких учений к моему окопу подошёл польский офицер и на довольно сносном русском языке спросил, что из себя представляют собой наши холостые патроны. Я показал и объяснил, что это наш холостой патрон без пули, на что тот ответил: они используют деревянные пульки для приближения к боевой действительности. Хотел было сказать, что это неправильно, так можно и ранить человека, в Советской Армии, мол, стрелять в сторону людей ближе 50 метров запрещено даже холостыми патронами, ведь от сплюснутой гильзы при выстреле могут отлететь осколки. Однако промолчал, чтобы не вызвать «международного конфликта». Думаю, командир полка, наставлявший нас быть искренними, всё равно не осудил бы меня, скажи я что-нибудь лишнее.
Ещё один случай, тоже связанный с поляками, о чём позже в газете напишет корреспондент. Каждый этап тех учений был расписан по минутам. Рассказывали, как поляк-наблюдатель, посмотрев на часы, которые, видимо, у него убегали вперёд, перевёл взгляд с циферблата на невозмутимо наблюдавшего за полем боя полковника Зарудина: «Ну и где ваши танки?»
Зарудин поднял левую руку, повернув её запястьем с блеснувшими на солнце «командирскими», в сторону поляка и не задержался с ответом: «А вот они!» И показал в сторону бугра, из-за которого стремительно выскочили наши боевые машины.
Дважды мне, считаю, повезло участвовать в учениях, на которых присутствовал министр обороны СССР Маршал Советского Союза Г.К. Жуков. Первый раз прославленного маршала я видел на полигоне в ПрикВО издалека: с группой военачальников с холма он наблюдал за происходящим на полигоне. Во второй раз это произошло в Южной группе войск, я слышал усиленный динамиками голос Георгия Константиновича: «Полку объявляю боевую тревогу!»
Министр обороны остался доволен нашими действиями и всем участникам выразил благодарность.
Удивительный человек Юрий Фёдорович Зарудин! Не отличаясь высоким ростом, он обладал сильным, по-настоящему командирским голосом. У нас часто проводились строевые смотры, где основное внимание обращалось на внешний вид военнослужащих. Солдат всегда должен быть опрятно одетым. А ведь мы ещё и ходили в увольнение, общались с горожанами. А отношение к нам, военным, на Западной Украине, сами знаете, было критическим. С бандеровцами только-только покончили, но дух-то их остался. Как показывают нынешние события на Украине, не выветрился он до сих пор. Если не сказать больше - окреп.
А тогда командир полка напоминал нам постоянно:
- Вы представляете здесь Советскую Армию, армию-освободительницу. Так что вы не просто солдаты, вы дипломаты. А встречают, как гласит пословица, по одёжке. Вот почему ваш внешний вид, поведение в городе должны быть безупречными.
А вскоре наставления полковника Зарудина о нашем дипломатическом предназначении пригодились в более серьёзной обстановке. В 1956 году начались так называемые венгерские события, когда, перейдя госграницу, мы в «дипслужбу» окунулись по-настоящему. Не стану давать тем событиям политической оценки. Хочу сказать о наших простых советских солдатах, наших отношениях с простыми гражданами Венгрии, которым, чувствовалось, было не до политики.
Сельские жители работали на полях. Наш контрольный пункт находился вблизи молочно-товарной фермы. Всех нас очень тронуло, когда доярки принесли нам флягу горячего супа и флягу молока, по-доброму общались с нами. Но были и другие встречи. Об одной из них мне напоминал брошенный в меня охотничий нож, едва не угодивший в сердце. Нож был красивый, свой «трофей» я хотел увезти домой, но на границе его изъяли - не положено.
БЫСТРО пролетели годы. Но мне никогда не забыть трёх лет воинской службы, пройденных рядом с нашим любимым командиром полка. По газетам, а с появлением Интернета по Всемирной паутине я внимательно прослеживал восхождение Юрия Фёдоровича Зарудина по служебной лестнице и радовался его успехам.
И вот наконец настал тот счастливый день, когда мы встретились. Приехал я к Юрию Фёдоровичу не один. С сыновьями. Мне так хотелось познакомить их с человеком, о котором они были наслышаны и который продолжает служить теперь и им нравственным ориентиром».

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

Апрель - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Март - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31
«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика