archive.redstar.ru

A+ A A-
По выбору сердца Фото автора.

(Окончание. Начало в № 201.)

 «Норд-Ост»

Демидкин, возвращаясь со службы, уже практически подошёл к дому, когда к нему на пейджер поступил сигнал боевой тревоги (тогда, в 2002-м, сотрудникам ЦСН для срочного вызова были вручены пейджеры). Опытный таксист, глянув на пассажира, понял, что его надо очень быстро доставить по указанному адресу, и лихо погнал машину. Когда Виталий Николаевич примчался на объект, его подразделение уже выехало на место происшествия, поскольку находилось на боевом дежурстве. Пришлось экипироваться и догонять на автомобиле, который вёз на Дубровку дополнительные боеприпасы и спецсредства, поскольку стало ясно, что их может потребоваться гораздо больше, чем предполагалось.

Часть подчинённых Демидкина находилась уже в здании Театрального центра на Дубровке, с тыльной стороны в подвальном помещении, и готовилась к силовому вмешательству в ход событий.
Вообще, если задействуется спецназ ФСБ, подготовка к операции начинается сразу. Если переговоры с бандитами пройдут успешно, она не проводится, если же террористы не внемлют разумным доводам переговорщиков, тогда прозвучит команда «Штурм!» и спецназ осуществит то, для чего предназначен. Для того чтобы силовая часть операции прошла быстро, во время подготовки каждому бойцу определяют, что, где, когда он должен сделать в зоне своей ответственности.
Когда Демидкин прибыл в штаб руководства, там уже изучали чертежи здания. Сразу же группа сотрудников ЦСН ФСБ была направлена на аналогичный объект, где они приступили к рекогносцировке: тщательно осматривали все помещения, запоминали, где что находится, просчитывали возможные пути отхода террористов, места их засад и закладки взрывных устройств. Ребята выяснили, как пробраться в подвал и на крышу, какие окна куда выходят, куда ведут коридоры. Подразделение Демидкина, разделённое на две группы, всё это время находилось на Дубровке: одна группа - в одном из помещений подвала, другая - в автобусе, на дальности прямого выстрела от Театрального центра.
Получив задачу и разрешение проверить сосредоточившихся в подвале подчинённых, Виталий Николаевич рванул к ним со стороны одного из корпусов расположенной рядом больницы. Перебежав улицу, оказался у угла Театрального центра, прошёл вдоль фасада, объяснился с милиционером, который осуществлял допуск в подвал, спустился по лестнице и встретился с боевыми товарищами.
Начальник передовой группы спецназовцев Эдуард Борисович доложил об объекте, в котором произошёл захват заложников (где что находится, откуда намечено проникновение, если поступит приказ).
Побеседовав с каждым сотрудником, Демидкин увидел, что боевой дух в подразделении крепок, что его подчинённые сориентировались, вернулся в штаб и доложил по команде о ситуации. После этого начались выработка решения, выбор оптимального варианта из возможных.
Один из офицеров штаба высказал мнение, что необходимо проверить крышу, чтобы понять, можно ли там закрепить приспособления для спуска и сверху проникнуть в окна зрительного зала, если это понадобится. На рекогносцировку пошли три полковника спецназа: автор идеи, Демидкин и один из его заместителей. Они влезли на крышу по пожарной лестнице и приступили к осмотру, не предполагая, что террористы об этом узнают благодаря журналистам одного из телеканалов, съёмочная группа которого в это время находилась на крыше дома напротив.
- Позже мне рассказали, что, как только мы появились на крыше, нас начали снимать и эта съёмка тут же оказалась в эфире, - вспоминает неприятный момент Виталий Николаевич. - Нас по телевизору увидели не только добропорядочные граждане, но и террористы, которые моментально поставили условие: если ещё кого-то из нас заметят, начнут расстреливать заложников.  
С крыши - «спасибо» телевизионщикам - пришлось уйти. По радиосвязи прилетело «трёхэтажное спасибо» и от начальства. Однако её осмотр был ненапрасным: позволил сделать вывод, что вариант входа в зрительный зал через окна с крыши отметать нельзя, если выяснится, что двери помещений забаррикадированы.
Пока вырабатывалось решение, Демидкин был то в штабе, то с подчинёнными в подвале, то с другой группой своего подразделения в автобусе. Ещё одно подразделение ЦСН ФСБ тем временем тренировалось на аналогичном объекте.
Вдруг в штабе руководства зазвонил телефон, выяснилось, что на другом конце провода - один из рабочих-электриков Театрального центра и что звонит он прямо из подвала. Оказалось, что в момент захвата заложников в зрительном зале несколько рабочих находились в подвале. Звонивший сообщил, в какой части подвала они находятся, и стал объяснять, как их найти.
В штабе тут же решили направить досмотровую группу, в которую вошли заместитель Демидкина Сергей Владимирович, сапёр и ещё несколько сотрудников. В это время Виталий Николаевич, получив у руководства разрешение, решил было ехать на аналогичный объект, для того чтобы лично ознакомиться с числом и расположением входов в здание. Однако его коллега Юрий Николаевич, который уже побывал в другом, таком же, как Театральный центр, здании, пообещал справиться с ролью проводника, чтобы можно было найти звонившего из подвала электрика и тех ребят, которые были с ним.
В начале движения в подвал досмотровая группа должна была выйти на первый этаж и затем уже спускаться вниз по лестнице. Однако на площадку второго этажа этой же лестницы периодически выходил один из террористов, который держал под контролем второй этаж. Из-за разбитых на той площадке стёкол его шаги были хорошо различимы. Но если кто-то другой зашёл бы на площадку, его сразу же услышал бы бандит.
Под этой площадкой на первом этаже уже больше суток дежурили два подполковника спецназа: Михаил Петрович и Вадим Анатольевич. Они изучили «график движения» боевика и могли угадать периодичность его появления на площадке второго этажа. Конечно же этот график бандит мог в любую секунду нарушить. Но всё обошлось: передовая группа спустилась в подвал незамеченной - сначала Юрий Николаевич, затем Виталий Николаевич, Сергей Владимирович и остальные спецназовцы.
Войдя в подвал и приступив к поиску, сотрудники ЦСН не слишком опасались растяжек, логично рассудив, что, если бы боевики его заминировали, эти рабочие за двое суток пребывания в подвале точно подорвались бы. Хуже, если бандиты держат работников под прицелом и используют в качестве живца. Демидкин с Юрием Николаевичем решили идти вперёд, чтобы спасти в таком случае остальных спецназовцев.
Всё обошлось - рабочих нашли, напоили принесённой с собою водой и попросили остаться со спецназовцами того, который лучше всех знал подвальную часть здания.
- Он - звали его, по-моему, Василием - отнёсся к нашей просьбе с пониманием, согласился, - рассказывает полковник запаса Демидкин.
После этого Виталий Николаевич вернулся в штаб и убыл на аналогичный объект - ДК «Меридиан» на Профсоюзной улице у метро «Калужская». Проведя рекогносцировку, Демидкин возвратился в штаб, затем снова спустился в подвал и воссоединился с передовой группой.
Спецназовцы определились с возможными способами выхода в зрительный зал (для этого, например, нельзя было использовать оркестровую яму, где сразу же оказываешься у боевиков на мушке). Наверху время от времени раздавались выстрелы, и досмотровая группа приготовилась к встрече с бандитами.
Затем в подвале произошла «пересменка» - пришли спецназовцы из другого подразделения, а Демидкин и его подчинённые поднялись наверх к больнице.
Часть подразделения Демидкина направили в оцепление. А затем под руководством Александра Борисовича, ещё одного заместителя Демидкина, эта группа пошла на штурм вместе со всеми. Сначала через центральный вход мимо касс, где в них полетели гранаты, затем в правые двери - в зал, где и находились заложники.
Проникновение спецназа в зал было стремительным, в том числе на бельэтаж, где на двери боевики загодя установили взрывное устройство. Обезвредив его, спецназовцы вошли в зал. Здесь они метко отвечали на огонь террористов, а также уничтожали тех, кто пытался приводить в действие свои «адские машинки».
Террористки-смертницы, находившиеся в зале, видимо, ждали общей команды на подрыв, но командовать уже было некому. В целях безопасности окружающих они были уничтожены. Взорвалась только пара «живых» бомб, которые в тот момент, к счастью, находились за пределами зрительного зала, на подходах к нему.
- Бой ещё не закончился, когда поступила команда выносить людей, - вспоминает полковник запаса Демидкин. - Сотрудники ЦСН выбили все стёкла, чтобы в помещение пошёл свежий воздух. Большинство заложников находились под воздействием газа, сидя или лёжа в креслах. Некоторые пришли в себя и даже пробовали идти самостоятельно. Врачей и спасателей сначала внутрь не пускали, поскольку ещё не все самодельные взрывные устройства были обезврежены и газ не выветрился.
Боевая фаза операции заняла минут пятнадцать, а через 40 минут Театральный центр на Дубровке полностью контролировался спецназовцами.
Тут же освобождённым людям бойцы спецназа принялись делать инъекции антидота, вытаскивали в фойе потерявших сознание. Стёкла противогазов быстро запотевали, поэтому аппараты пришлось снять и выносить пострадавших, игнорируя тошноту и головокружение. Так что сотрудники ЦСН ФСБ тоже надышались этим газом. Конечно, сил и оптимизма это не прибавило. Однако, став существенным фактором в нейтрализации террористов, газ способствовал спасению тех заложников, которые в итоге остались в живых.
- Очень грамотно научила действовать учеников своего класса учительница, с которой они пришли на мюзикл, - вспоминает Виталий Николаевич. - Она почему-то предположила, что газ может быть использован. И объяснила детям, что в этом случае нужно лечь на живот и дышать через смоченный водой или даже мочой кусок ткани (платочек или рукав рубашки), как ей самой объясняли когда-то на занятиях по гражданской обороне. Этот класс находился на балконе, где концентрация газа была особенно высокой. Но никто из детей не погиб.

Беслан

38-08-11-13В середине августа 2004 года полковник Демидкин с подчинёнными вернулся из Чечни. К сожалению, в этой командировке в ходе выполнения мероприятий по охране главы правительства Чечни Сергея Абрамова погиб прапорщик Сергей Цаплин, ещё два сотрудника получили ранения, несколько были контужены при подрыве БТР, на котором ехали.
Демидкин был уверен, что ближайшие два-три месяца для его подчинённых пройдут спокойно - с возможностью реабилитации в пункте постоянной дислокации. Если, конечно, не случится чего-то из ряда вон выходящего.
Случилось. 1 сентября террористы захватили школу в Беслане.
Виталий Николаевич сначала предположил, что его подразделение, только что вернувшееся с Кавказа, оставят в Москве «на хозяйстве». Ребята подлечатся, придут в себя и затем снова будут готовы к подвигам. Однако почему-то на совещании, которое проводил заместитель начальника управления, было сказано, что подразделение полковника Демидкина тоже убывает в Беслан.
- Сначала я внутренне не согласился с этим решением, поскольку в составе управления были другие подразделения, которые всё лето готовились в пункте постоянной дислокации, а мы только что вернулись из Чечни, - вспоминает Виталий Николаевич. - Решив встать и прямо сказать о том, что думаю, вдруг почувствовал на плечах какие-то руки и услышал чей-то голос: «Сиди! Ты там должен быть».
- Кто-то из коллег тихонько подошёл со спины?
- Да нет, никого не было. Это слышал и чувствовал только я. Мистика…
Виталий Николаевич не стал кипятиться, рассудив, что вот вернётся от руководства командир, то есть начальник управления, и всё расставит по местам. Затем в конце совещания опять попытался встать и привести свои аргументы против. Но снова почувствовал руки и услышал тот же голос: «Сиди, ты там обязан быть».
Мистика в том или ином виде в жизни Виталия Николаевича стала время от времени проявляться после событий в Будённовске…
- Такое впечатление, что кто-то меня бережёт и спасает во многих местах, где я мог бы погибнуть, - делится сокровенным полковник спецназа. - И я в это свято верю.
Эх, если бы всех спецназовцев эта неведомая сила всегда оберегала от пуль, подрывов и осколков...
Позже Демидкин узнал у начальника управления, что тот-то как раз предполагал, что его подразделение не поедет, поскольку только что вернулось с поля боя. Однако пока начальник управления был на совещании у вышестоящего руководства, его заместитель почему-то решил иначе. А приказ есть приказ. Так полковник Демидкин с подчинёнными оказался в Беслане.
Поехали все, за исключением двух раненых. Даже те, кто получил контузию. Контузию вообще спецназовцы оформлять не любят, несмотря на то что это сулит в последующем прибавку к пенсии, - опасаются, чтобы из-за контузии врачи не списали из подразделения по болезни.
Приземлились в Беслане, переехали к школе, разместились неподалёку в одном из зданий.
- Здесь нам опять «повезло»: в штабе руководства нашему подразделению, усиленному подразделением Управления «В», «нарезали» самую тяжёлую задачу, - рассказывает Виталий Николаевич. - Проникнуть в спортзал, нейтрализовать двух террористов, которые охраняют самодельные взрывные устройства, установленные на обоих баскетбольных кольцах, обезвредить СВУ.
Взрыватель в СВУ срабатывал через определённое количество секунд после того, как с педали (электрического замыкателя разгрузочного действия) террорист уберёт ногу. В штабе была даже информация о том, что террорист, сидя на стуле, время от времени убирал ногу с «кнопки» и наслаждался реакцией заложников, ужасом в их глазах. А затем через секунды две снова нажимал на педаль.
Как сделать так, чтобы в момент поражения этих двух боевиков никто из них не убрал ногу с «кнопки»?
От группы Демидкина требовали чуда, и спецназовцы готовились его сотворить: ворваться в зал, завалить террористов и в стремительном броске нажать на отпущенные ими педали адских устройств. Офицеры понимали, что на это у них секунды две есть точно. Может, чуть больше. При этом стреляют в террориста не первые ворвавшиеся в зал. Первые бегут к «кнопкам», не обращая внимания ни на что.
Распределились так: коллеги из Управления «В» прикрывают спецназовцев из подразделения Демидкина, осуществляя проход к окнам спортзала, а подчинённые Виталия Николаевича работают в самом спортзале.
3 сентября спецназовцы убыли на расположенное неподалёку стрельбище Минобороны, где в одном из учебных зданий приступили к тренировкам. И вдруг поступает команда срочно вернуться к временному месту дислокации, к школе.
- Быстро собрали всё снаряжение, погрузились, поехали, - рассказывает Виталий Николаевич. - Во время движения узнали, что в школе произошёл подрыв.
Что же теперь штурмовать группе Демидкина? Решили, что в спортзал в любом случае надо входить, чтобы обезвредить второе взрывное устройство, поскольку сообщили только об одном взрыве. Через несколько минут по радио сообщают о втором подрыве. Выходит, сработало второе взрывное устройство. И что делать теперь? План действий условились не менять, пока руководство не изменит задачу.

Когда Демидкин и его подчинённые подъехали к месту временной дислокации и, получив команду быть в готовности к штурму, доэкипировались и погрузились на БТР, обстановка вокруг уже накалилась до предела. Стонут раненые, которых бегом куда-то несут. Местные жители с искажёнными от горя и злости лицами призывают идти освобождать школу своими силами. Хотя раньше, наоборот, предупреждали спецназовцев, что откроют по ним огонь, если те вздумают штурмовать здание, потому что были уверены, что штурм неминуемо приведёт к гибели их родных.
 - Что вы здесь стоите, там гибнут наши дети! - раздавались крики вокруг. - Надо идти на штурм, спасать детей!
- И через несколько минут по связи я услышал голос командира: «Хватит загорать, давай вперёд», - вспоминает Демидкин.
…Минут за 15—20 до этого к Демидкину подходил подполковник Дмитрий Разумовский из Управления «В» ЦСН ФСБ, которому поручили обнаружить огневые точки противника и уничтожить их, чтобы по вбегающим в спортзал спецназовцам из группы Демидкина уже не стреляли.
Накануне Дмитрий Александрович поведал товарищам о том, что ему приснилось, что погибнет он в этом бою. «Всё равно сделаем так, как решили», - сказал он.
Во время штурма подполковник Разумовский свой долг выполнил до конца, посмертно ему было присвоено звание Героя России… Его подразделение вступило в бой первым и обеспечило проход к школе группе полковника Демидкина.
Водители БТР почему-то не подвезли спецназовцев вплотную к спортзалу, а остановились на расстоянии. Тут же бэтээры обступили люди, и спецназовцам пришлось дальше действовать в пешем порядке.
- Когда отвечаешь не только за себя, но и за подчинённых, инстинкт самосохранения притупляется, - говорит Виталий Николаевич.
Он приступил к управлению подразделением в бою в полный рост, скомандовал выстроиться в торце одного из зданий школы в мёртвой зоне.
В это время его заместитель Сергей Владимирович и ещё один спецназовец с позывным «Ёж» проскочили туда, где спортзал примыкал к одноэтажному зданию, на рекогносцировку, где был вход в подвал.
- Какая рекогносцировка! Мы сейчас все заходим! - удивился Демидкин и побежал к ним, наказав второму своему заместителю Андрею Николаевичу следить за тем, чтобы никаких беспорядочных перемещений бойцов не было - мол, действуем только по команде.
Спустившись в подвал, он встретил Сергея Владимировича и «Ежа». Стало очевидно, что если ни в кого из троих, пробегавших по открытому месту, не выстрелили, значит, действительно Разумовский и его ребята выполнили задачу хорошо. Нет с этой стороны огневых точек.
- Я возвращаюсь к остальным, ставлю боевую задачу: тройками - за мной, Сергеем Владимировичем и «Ежом» - проникнуть не в спортзал, где после двух взрывов уже делать нечего, а в школьный коридор рядом, и повернуть в сторону столовой, где, по оперативной информации, террористы строили своё укреплённое пулемётное гнездо: (поднимали полы, чтобы опуститься пониже, укладывали мешки с песком и т.д.). С другого направления туда продвигаются наши коллеги во главе с Юрием Николаевичем, там и встретимся.
Вернувшись к заместителю и «Ежу», Демидкин дал команду: «Вперёд!»
В первой тройке первым бежал «Ёж», вторым - Сергей Владимирович, третьим - Демидкин. Перед окном у стены «Ёж» падает на колени и делает «лесенку», Сергей Владимирович прыгает в разбитый оконный проём…
- До этого у меня появлялись мысли о том, что сейчас я руковожу двумя подразделениями Управления «А» и Управления «В», что у меня в подчинении около полусотни человек и я не должен быть впереди, а стоять, например, у оконного проёма, смотреть, как происходит проникновение в здание, управлять действиями… - вспоминает Виталий Николаевич. - Но когда Сергей Владимирович прыгнул и я увидел, что остальные ребята за мной бегут, решил, что и дальше они должны видеть своего командира впереди. Кто верен присяге, пойдёт за мной. Позже я узнал, что пошли все как один. А тогда вторым прыгнул в оконный проём.
Полковник Демидкин оказался посередине коридора. Впереди у него была столовая, позади, метрах в 25, центральный вход в школу. Сзади послышались шлепки запрыгивающих и приземляющихся на пол ребят - третий, четвёртый, пятый…
Оказавшись в коридоре, Демидкин не прижался ни к одной из стен, а остался посередине, то есть в нарушение железного правила тактики действий в здании. Почему? Думал не о себе, а о подчинённых.
«Если огонь бандиты не открыли, значит, пулемётного гнезда не сделали и, наверное, разбежались-попрятались, - подумал полковник Демидкин. - Так что сейчас всё быстренько «зачистим».
Эти мысли о лёгкой победе улетучились максимум через минуту, когда Виталий Николаевич увидел перед собой белое облако и несколько красных точек на его фоне.
- Я ничего при этом не слышу, - снова переживает тот момент боя полковник Демидкин, продолжая рассказ, - но понимаю, что огневая точка противника всё-таки действует и по нам стреляют. Удивляюсь, что вокруг тишина. Падаю назад и короткими очередями в сторону противника за несколько секунд выпускаю весь магазин. Красные точки исчезают, стрельба по нам прекращается. Не скажу, что я в кого-то из нелюдей попал, но, может, над ними начала сыпаться штукатурка, и они на пару секунд залегли за мешки и прекратили стрелять. Этих секунд хватило, чтобы то количество спецназовцев, которое накопилось в коридоре, разбежалось по двум классам.
С собой спецназовцы прихватили какую-то измождённую девочку из числа заложниц, которая оказалась тут, и женщину лет 55. Они находились не в самом коридоре, а у выхода из раздевалки в коридор.
- Дяденьки, дайте водички, - всё время просила девчушка, но напоить её было нечем - спецназовцы вместо фляг с водой взяли как можно больше боеприпасов.
…Втаскивают в класс Сергея Владимировича - заместителя Демидкина. Затем молоденького солдата…
- Откуда тут солдат? - спрашивает Демидкин.
- Это не солдат - это майор Катасонов, - отвечают ему.
Сотрудник Управления «В» майор Роман Катасонов, который был зачислен в Академию ФСБ и с 1 сентября должен был приступить к учёбе, поехал в Беслан добровольно. Погиб геройски.
У Сергея Владимировича вся нога в крови.
- Что было? - спрашивает его Демидкин.
- Как что? Когда мы залезли, я прижался к стене слева, а ты почему-то остался в центре. Андрей Владимирович оказался справа. И тут я вижу: упала граната Ф-1 без кольца и рычага, затем вторая. И тихонечко так крутятся…
То есть боевики сознательно позволили спецназовцам войти в коридор, а затем швырнули гранаты.
- А чего же ты не кричал? - удивился Демидкин.
- Я бешеным голосом орал: «Гранаты! Гранаты!», побежал за угол в раздевалку.
Сергей Владимирович не успел занести за угол только ногу. Врачи в ней потом нашли 27 осколков.
Андрей Владимирович тоже увидел эти две «эфки» и тоже кричал: «Гранаты!», рванул за угол влево. Тоже не успел уйти весь - осталась нога, из которой затем извлекли семь осколков.
Андрей Сергеевич, ещё один опытный спецназовец, запрыгнув в коридор, сразу залёг. Получил пулевое ранение. К счастью, нетяжёлое, в мягкое место, так что сослуживцы позже даже подшучивали - мол, во время войны тебе бы, наверное, пришлось отвечать за членовредительство.
Демидкин стоял от места подрыва этих двух гранат примерно в четырёх метрах…
Во время предшествовавшей этим событиям командировки в Чечню Демидкин увидел во сне, что к нему пришёл Анатолий Савельев (Герой России, полковник спецназа, трагически погибший в декабре 1997 года при освобождении захваченных в заложники шведского дипломата и его супруги).
- Он подошёл, мы обнялись, и он говорит:
- Ты устал, наверное, пойдём со мной.
- Извини, Анатолий Николаевич, но у меня ещё сын старший не устроен, младший учится на 4-м курсе института, и я хочу помочь ему пойти по моим стопам… Дела у меня ещё есть. Разреши побыть ещё немножко здесь.
- Как хочешь, - ответил Савельев, снял руку с плеча Демидкина, подошёл к небольшой группе стоящих неподалёку спецназовцев, поздоровался с ними. Затем кого-то одного обнял, и они вдвоём пошли дальше.
Демидкин увидел того парня только со спины - высокий, стройный, с тёмными, слегка вьющимися волосами.
В то утро проснулся Виталий Николаевич в холодном поту, силился понять, с кем же пошёл Савельев. Среди подчинённых Демидкина такого не было…
- Меня и после Беслана долго мучил этот сон, пока я не узнал в этом парне офицера Управления «В» Андрея Туркина, Героя России (посмертно), который в Беслане накрыл собою гранату, брошенную террористом в заложников… Вы, наверное, думаете, что полковник начал заговариваться? - улыбнулся Демидкин, обращаясь ко мне. А я в эту секунду думал о другом мистическом случае - о взрыве лимонок в четырёх метрах от Демидкина в коридоре Бесланской школы, от которого полковник нисколько не пострадал, хотя находился в зоне сплошного поражения. Равно как оказался нетронутым пулями нескольких автоматов и пулемёта, из которых боевики простреливали коридор.
В это было невозможно поверить. Однако передо мною сидел живой Демидкин - крепкий, статный, поддерживающий себя в хорошей физической форме, в здравом уме и доброй памяти, занимающий серьёзную должность в одном из охранных предприятий. По его словам, кто-то, однажды услышав этот его рассказ, сказал ему, что это Георгий Победоносец закрыл его и других спецназовцев своим плащом. Как иначе объяснить чудо?
- После того как мы разбежались по классам, я услышал грохот от работающего по коридору пулемёта, - рассказывает Виталий Николаевич.
Выйти в окно в сторону железнодорожного полотна было нельзя - с крыши тоже работал пулемёт боевиков. Когда его уничтожили, Юрий Николаевич пришёл с носилками, и Сергея Владимировича понесли в лазарет.
С самого начала несколько спецназовцев из группы Демидкина вошли в здание не через оконный проём, а через дверь, которая вела в раздевалку. Поначалу ею решили не пользоваться, предположив, что она заминирована. Когда входили, открывали её «кошкой» на верёвке. Взрыва не произошло, и, войдя в здание, эта группа спецназовцев вступила в бой. Роман Александрович разложил «Муху», подошёл к углу, за которым находился коридор, взял гранатомёт в вытянутые руки, рискуя тем, что их могут перебить очередями, и выстрелил в сторону огневой точки противника. После взрыва она снова заработала. Вторая «Муха» заставила её замолчать. Хотя не факт, что все боевики в этом пулемётном гнезде были уничтожены. Потому что с конца коридора к спецназовцам направилась какая-то странная фигура походкой обкуренного или обколотого наркотиками… На крики «Стой!» неизвестный не реагировал. Ему оставалось пройти метров пять-шесть до угла, за которым находились спецназовцы, когда по нему открыли огонь. Первая очередь его не свалила - словно зомби, он продолжал, пошатываясь, идти вперёд. Лишь после второй очереди он упал, и тут же прогремел взрыв. Получается, боевики превратили одного из своих в ходячую бомбу, которая, слава богу, никому из спецназовцев урона не нанесла. На тот свет зомби отправился в одиночку.
После взрыва пулемётное гнездо уже не работало. Виталий Николаевич предполагает, что с ним покончили сослуживцы из какой-то другой группы.
- Мы вышли в коридор, к нам подошёл Юрий Николаевич с ребятами, я попросил его помочь нам «зачистить» несколько классов, и мы дошли до вестибюля перед столовой, где была огневая точка террористов и где погибли три сотрудника ЦСН.
В 18.00 или чуть позже несколько подразделений, в том числе и оперативно-боевая группа Демидкина, по указанию руководителя операции были выведены из здания и поставлены в оцепление. Ещё примерно шесть часов продолжался бой - в том крыле, где находились столовая, мастерские, небольшой актовый зал. К исходу суток с террористами было покончено, операция завершилась. ЦСН ФСБ потерял десять человек погибшими. И приобрёл горький, но бесценный опыт по освобождению заложников, которого нет ни у кого в мире.

*   *   *

 Демидкину пришлось ещё не раз поучаствовать в антитеррористических мероприятиях: в организации засад, в «зачистке» населённых пунктов и конкретных адресов, в боестолкновениях.
- Входя в адрес (есть такое выражение у спецназовцев), не знаешь, что ждёт тебя за дверью, - говорит полковник запаса Демидкин. - Может, боевик изготовился к стрельбе или заминировал дверь, или даже весь дом, и сейчас, наблюдая со стороны, как ты вошёл, нажмёт на кнопку. Так что в каждом оперативно-боевом мероприятии есть место подвигу. Хотя за такие подвиги наград не дают…
Очень часто из засады спецназовцы работали настолько внезапно, что брали боевиков живыми в плен без единого выстрела. Это помогало нашим антитеррористическим структурам получить ценную информацию…
Командировки на Кавказ и оперативно-боевые мероприятия, радостные возвращения с заданий живым, горечь прощания с погибшими сослуживцами под рыдания новых вдов, приём в своё подразделение пополнения, тактико-огневая подготовка, физическая… Всё для того, чтобы упредить точным выстрелом или приёмом рукопашного боя очередного осознанно-жестокого террориста или обкуренного до состояния зомби боевика.
В таком напряжённом ритме полковник спецназа Демидкин прослужил до 2007 года, когда его проводили в запас. За период службы в ЦСН у него набралось примерно с год боевых командировок на Кавказ. Его служба оценена по достоинству: Виталий Николаевич награждён орденами Красной Звезды, «За заслуги перед Отечеством» IV степени с мечами, двумя орденами Мужества, двумя медалями «За отвагу», медалью Суворова и медалью «За спасение погибавших».
У Виталия Николаевича - два сына. Оба пошли по его стопам - на военную службу. Старший сын Андрей - старший лейтенант Федеральной службы охраны, младший Сергей - прапорщик.
Его не забывают бывшие подчинённые, которых он всегда стремился сберечь и поэтому шёл одним из первых.
- Пользуясь случаем, хочу поздравить бывших своих сослуживцев, всех сотрудников Центра специального назначения ФСБ России с наступившим 15-летним юбилеем, пожелать им и их семьям всего самого хорошего, - говорит, завершая свой рассказ, полковник запаса Демидкин. - Дорога пусть всегда будет в два конца, возвращайтесь из командировок живыми и невредимыми. Пусть ваши близкие не огорчают вас и понимают, на каком ответственном посту вы находитесь. Пусть ваша выучка всегда позволит вам опередить врагов, которые встретятся на вашем пути. Самые тёплые слова - в адрес ветеранов ЦСН ФСБ, которые по-прежнему приносят пользу Родине. Вечная память павшим героям спецназа, которые навсегда остаются в наших сердцах.
Редакция «Красной звезды» присоединяется к поздравлению. Всегда оставайся непобедимым, личный состав ЦСН ФСБ!

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

Апрель - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30

Март - 2018

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31
«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика