archive.redstar.ru

A+ A A-

Брусиловский прорыв

Оцените материал
(1 Голосовать)

Русская армия продемонстрировала возможность успешного ведения наступательной фронтовой операции в условиях позиционной войны

Летом 1916 года на театрах боевых действий Мировой войны происходило множество сражений, но главной, несомненно, была победоносная наступательная операция войск Юго-Западного фронта под командованием генерала от кавалерии Алексея Брусилова. Операция русского Юго-Западного фронта оказалась настолько неожиданно успешной, что по праву заслужила название главной операции лета 1916 года. Это признавалось и Россией, и её союзниками по блоку Антанта.

Сражение, буквально встряхнувшее своей энергетикой нудную позиционную войну, проанализировано и разобрано по полочкам самым тщательным и подробным образом. В целом реакция положительная, но споров и разногласий по отдельным вопросам множество. Если же внимательно присмотреться к разногласиям, то нетрудно заметить: все оппоненты чувствуют какую-то незавершённость столь блестяще подготовленной и блестяще начатой операции.
Вот и я позволю себе высказать свою точку зрения на перипетии главного сражения летней кампании 1916 года, не вдаваясь в уже известные подробности. Начнём с того, что операция изначально входила составной частью в общий стратегический план летнего наступления союзников на Западном и Восточном фронтах. План предусматривал почти одновременное наступление англо-французских войск на реке Сомма и русских войск в Белоруссии, Литве и Галиции.
Подготовка реализации плана началась ещё зимой и продолжалась несколько месяцев. Как чаще всего бывает, за это время жизнь внесла в первоначальные планы существенные изменения. Тут и битва за Верден, и наступление австрийцев в Альпах. Были и тысячи других, на первый взгляд незаметных моментов, изменивших всю картину летней кампании.
Хочется обратить внимание на один из них, вроде бы малозначительный, но, на мой взгляд, важнейший. Это смена командования русским Юго-Западным фронтом. Именно назначение Брусилова главнокомандующим явилось той отправной точкой, у которой начался Брусиловский прорыв.
Брусилов знал силу и слабость прежде всего своей 8-й армии и с удовлетворением отмечал: к весне  войска полностью оправились от предыдущих неудач, хорошо доукомплектовались, вооружились, получили полный комплект артиллерии, в том числе тяжёлой, и боеприпасов к ней. Люди хорошо отдохнули и имели высокий морально-боевой дух. После назначения главнокомандующим он лично проинспектировал некоторые части 7, 9 и 11-й армий, убедился в их достаточной боеготовности, высоком моральном духе, и принял решение добиваться для своего фронта более решительных задач.
Историки, мемуаристы, в том числе и сам Брусилов, чаще всего обсуждают передачу дел от одного главкома к другому на фоне дворцовой интриги, хотя важнее было бы обратить внимание именно на персоналии, от которых во многом будет зависеть ход и исход Брусиловского прорыва. Во главе 8-й армии, осуществлявшей главный Луцкий прорыв, вопреки воли Брусилова поставили генерала Алексея Каледина, командира 12-го армейского корпуса (а до этого 12-й кавалерийской дивизии). Он, в сущности, не был готов командовать армией, да ещё в такой ответственной  операции.  Если бы во главе 8-й армии стоял человек уровня Брусилова или командующего 9-й армией генерала Платона Лечицкого, то, без всякого сомнения, Брусиловский прорыв получил бы другую окраску.
Итак, Брусилов, получив в командование фронт, сразу начинает готовить его к решительным сражениям, принимает энергичные меры по оснащению войск всем необходимым, продумывает и разрабатывает свой, новый план  наступления Юго-Западного фронта. Новизна состояла в том, что, по его мнению, фронт должен, способен и будет наступать всеми силами и с самыми решительными целями.
На мой взгляд, русская Ставка изначально неправильно определила направление главного удара в летней кампании. Конечно, очень заманчиво было нанести поражение германской группировке и вновь выйти на границы Германии. Но объективно такую задачу выполнить не представлялось возможным. Ведь все сражения зимней кампании 1916 года, включая побоище под Верденом, ни на йоту не ослабили оборонительный потенциал германской группировки на Восточном фронте.
Другое дело, если бы подготовили главный удар южнее Полесья. Во-первых, противостоящих там австрийских и германских войск было меньше. Во-вторых, противостояли нам там в основном не германцы, а войска лоскутной Австро-Венгрии, боевой потенциал которых не шёл ни в какое сравнение с германскими войсками. Планирование главного удара Юго-Западным фронтом и вспомогательных ударов Западным и Северным фронтами имели бы несравнимо больший эффект как в тактическом, так и в стратегическом плане.


Во главе 8-й армии, осуществлявшей главный – Луцкий прорыв, вопреки воле Брусилова был поставлен Каледин, не готовый командовать армией, да ещё в такой ответственной  операции


16-01-07-16Но вернёмся от гипотетических размышлений к реальным событиям. Всего у Брусилова было в распоряжении 512 тыс. человек, 1815 орудий, в том числе 145 тяжёлых, и 2176 пулемётов. У противника – 441 тыс. солдат, 1600 орудий, в том числе 300 тяжёлых, и 2000 пулемётов. Силы примерно равные, если не учитывать, на каких позициях сидели австрийцы.
Их позиции состояли из 2, а ме­с­тами из 3 линий укреплённых полос. Первая укреплённая полоса обычно состояла из 3 линий окопов, перед которыми имелось до 16 рядов проволочных заграждений. Последние обеспечивались продольным пулемётным огнём из фланкирующих бетонированных и блиндированных блиндажей. Вторая укреплённая полоса отстояла от первой в 5–7 км, а третья – в 8–11 км.
Не все командующие армиями приняли план Брусилова с восторгом. Особенно Каледин. А ведь ему отводилась главная роль. Долго потом Брусилов будет вспоминать его недобрым словом, порой изменяя объективности. Но то, что Каледин окажется не на высоте, – факт. К тому же объективно предел возможностей Каледина не превышал уровня начальника кавалерийской дивизии. Впрочем, в военной практике это не редкость.
Но были у Брусилова хороший командарм Дмитрий Щербачёв (7-я армия) и прекрасный Платон Лечицкий (9-я армия). Да и готовил он войска упорно. Но наступление ему пришлось начи­нать, как это чаще всего и случа­лось в той войне, неожиданно и преждевременно. Итальянцы, по­тер­певшие поражение в Альпах, запросили срочной помощи. Их главнокомандующий генерал Кодорна обратился к Алексееву, король Виктор Эммануил телеграфно умолял Николая II. Ну как мы могли отказать горячо любимым союзникам?! И машина закрутилась!
Всю операцию можно разделить на три периода: прорыв австрийского фронта, развитие прорыва и отражение контратак, бои на реке Стоход.  
Прорыв был произведён успешно в 7, 8 и 9-й армиях и менее удачно в 11-й армии (командующий – генерал Владимир Сахаров) на Львовском направлении. 4 июня между 4 и 5 часами во всех армиях началась артиллерийская подготовка, которая продолжалась в 8-й армии 29 часов, в 11-й – 6 часов, в 7-й – 46 часов, в 9-й армии – 8 часов. Удивительный разброс и удивительные в связи с этим результаты последовавшей за артподготовкой атаки.
На главном направлении 8-й армии артиллерия разрушила всю первую линию и часть второй линии обороны. Поднявшаяся в атаку пехота буквально сметала со своего пути ошеломлённого противника. В течение трёх дней соединения 8-й армии прорвали австрийские позиции на фронте 70–80 км и вклинились в расположение противника на 25–35 км. 7 июня был занят Луцк. Находившаяся перед фронтом армии 4-я австрийская армия эрцгерцога Иосифа Фердинанда, потерпев поражение, беспорядочно отступала.
Не могу не нарушить эту победоносную картину весьма существенными и досадными промахами со стороны Ставки и других ответственных лиц. Ставка разрешила командующему Западным фронтом Эверту отложить столь необходимое именно сейчас наступление – главный удар кампании до 17 июня. Брусилов, ориентируясь прежде всего на помощь Эверту, продолжал смотреть на правый фланг – на Ковель, бессмысленно пытаясь охватить его силами двух кавалерийских корпусов. Корпуса попросту застряли в Пинских болотах.
А имевший такой колоссальный успех Каледин, как потом писали, «не чувствовал пульса боя, придерживал рвавшиеся вперёд, чуявшие скорую и полную победу войска, подравнивал их, не смел преследовать, всё время оглядываясь на штаб фронта, и неумело расходовал резервы... Начальник 12-й кавдивизии барон Маннергейм просил разрешения преследовать разгромленного и бежавшего неприятеля, потерял время и получил отказ».

На снимке: Главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта Алексей Брусилов с офицерами штаба. Стоят (слева направо):подполковник Д.В. Хабаев, адъютант; полковник Р.Н. Яхонтов, штаб-офицер для поручений; штабс-ротмистр А.А. Брусилов(сын Брусилова, командир эскадрона 2-й гвардейской кавалерийской дивизии); капитан Е.Н. Байдак, адъютант.

(Окончание следует)

Другие материалы в этой категории: Из когорты первопроходцев »

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика