archive.redstar.ru

A+ A A-

Уйдёт ли Шотландия из британских объятий

Оцените материал
(1 Голосовать)

Возможно, уже через полтора года, а может быть и раньше, шотландцы в очередной раз будут решать для себя, что им лучше - жить в независимом государстве или в составе Великобритании. Во всяком случае, нынешний премьер Шотландии Алекс Сэлмонд заявил, что планирует провести референдум об отделении страны от Соединённого Королевства осенью 2014 года, а также разрешить участвовать в голосовании и несовершеннолетним - подросткам от 16 лет. В свою очередь правительство Великобритании настаивает на том, чтобы референдум был проведён до сентября 2013 года. Секрет этой позиции Лондона заключается в том, что сторонников независимости в Шотландии на сегодня не так уж и много - от 40 до 50 процентов опрошенных избирателей.

 

Образовавшись как объединённое королевство в 844 году при монархе Кеннете I, Шотландия долгое время на равных сосуществовала с английскими королевствами, попеременно одерживая над ними военные победы и уступая им на поле брани. «Коронная уния», явившаяся следствием воцарения в 1603 году в Лондоне родственников английских Тюдоров - шотландской династии Стюартов, и ныне подпитывает уверенность шотландцев в прямой причастности к истории Соединённого Королевства  в целом. Даже гражданская война в XVII веке в период правления в Лондоне Оливера Кромвеля и устранение от власти Стюартов в ходе так называемой славной революции нисколько не поколебали уверенность шотландцев в своём равном с англичанами вкладе в бурно развивавшуюся Британскую империю.
Особый же статус шотландской нации в рамках единого государства был неофициально признан в Лондоне в 1707 году в результате объединения парламентов двух составляющих королевства («Акт об унии») при одновременном предоставлении шотландцам непропорционально большего количества мест в британском парламенте, что до сих пор подпитывает чувства национальной гордости шотландцев. В отличие от Ирландии в Шотландии после объединения с Англией сохранилась и национальная аристократия, которая быстро вписалась в иерархическую структуру английского дворянства и, кстати, традиционно настроена монархически с показным уважением к английскому монарху. Лишь представители отдельных, не столь сегодня влиятельных так называемых горных кланов время от времени поговаривают «о пользе независимости» для Шотландии.
В отличие от тех же ирландцев, даже выходцев из принадлежащей Великобритании Северной Ирландии, шотландцы достаточно долго и весьма успешно участвуют в политической, и не только, жизни метрополии. Например, Тони Блэр, в недавнем прошлом премьер-министр, - выходец из Шотландии. Бывший премьер Гордон Браун вообще по национальности шотландец. Да и в населении нынешней Англии есть весьма значительная часть шотландского генофонда.
В настоящее время подавляющее большинство шотландцев - приверженцы национальной Церкви Шотландии, которая в ходе долгой борьбы с Англиканской (английской, по существу) церковью отстояла свои права, специфическую литургию и церковную организацию, которые в 1921 году были официально признаны путём принятия британским парламентом специального «Закона о Церкви Шотландии».
Борьба шотландцев за суверенитет в современных условиях началась, по сути, после Второй мировой войны и в 1998 году увенчалась относительным успехом: был восстановлен местный законодательный орган - национальный парламент. А затем образован и национальный исполнительный орган - правительство Шотландии. Новые шотландские власти получили ограниченные свободы в некоторых сферах законотворчества, а также права в определённых, второстепенных областях управления. Вопросы же о взимании основных налогов, в социальной сфере, обороне и внешней политике остались в компетенции Лондона.
Сейчас в британском парламенте на рассмотрении находится законопроект, предусматривающий дальнейшие шаги по постепенной передаче шотландским властям части полномочий из Лондона, включая вопросы управления территориями, кредитования и налогообложения. В этой связи примечательно, что многие англичане резонно задаются вопросом, почему законы, касающиеся Англии, принимаются британским парламентом  при участии шотландских парламентариев, тогда как свои «шотландские дела» шотландцы улаживают в своём парламенте. С другой стороны, и шотландские избиратели, по опросам общественного мнения, в основной своей массе выражают недовольство теми депутатами британского парламента, избранными от Шотландии, которые якобы «десятилетиями пользуются депутатскими привилегиями, но не заботятся о статусе своей собственной страны», то есть Шотландии.
Вообще в Шотландии, надо отдать должное «борцам за независимость», существуют и неплохо функционируют своеобразные, отличные от английских структуры - независимая судебная система, полицейская и пожарная службы, скорая медицинская помощь, почта. В Великобритании общепризнан факт наличия в Шотландии самой совершенной пенсионной системы, лучшей службы здравоохранения, высокого качества среднего и высшего образования.
Шотландия на протяжении длительного исторического периода представляла собой зону динамично развивавшейся промышленности, в том числе судостроения и сельского хозяйства. Но, как следствие развития постуиндустриального общества, все «старые» отрасли пришли в упадок, однако развились новые. В частности, в последние годы здесь сформировался крупный кластер предприятий, занимающихся информационными технологиями, который даже получил неофициальное название Кремневая долина Европы. Шотландцы гордятся тем, что их столица Эдинбург - четвёртый по размеру финансовый центр Европы и что расходы на душу населения Шотландии на 15 процентов выше среднебританских. В Шотландии даже выпускается собственная валюта - неконвертируемый шотландский фунт, имеющий, правда, хождение только на шотландской территории.
Националисты предпочитают это не замечать, но именно инвестиции из Англии, а также некоторых других стран при содействии британских банков помогли Шотландии в переориентации её экономики. По-прежнему две трети шотландского экспорта приходятся на Великобританию. Лондон ежегодно выделяет Эдинбургу из общенациональной казны порядка 11 млрд. фунтов стерлингов, что составляет около 60 процентов национального бюджета Шотландии.
Вместе с тем на руку шотландским националистам затяжной кризис, переживаемый в настоящее время британской экономикой. Консервативный кабинет министров Великобритании, возглавляемый премьером Дэвидом Кэмероном, вынужден проводить политику бюджетных сокращений, которая ведёт к повышению налогов, уменьшению государственных расходов на образование и медицину, к сокращению рабочих мест. Эти непопулярные меры в принципе затрагивают всё население Соединённого Королевства, но националисты это преподносят так, что именно «национальные окраины» страдают больше всего, поскольку центральные власти «естественный приоритет» отдают английским финансово-экономическим корпорациям. «Только независимость может остановить бездушные реформы тори, которые оставляют незащищёнными тех, кому тяжело помочь самому себе. И только независимость даст Шотландии ресурсы для того, чтобы побороть такие явления, как бедность и социальная незащищённость», - уверена одна из лидеров Шотландской национальной партии Никола Старджн.
Сепаратисты большие надежды связывают с важнейшим ресурсом Шотландии - углеводородами, добыча которых ведётся на шотландском шельфе Северного моря. Однако их надежды могут не оправдаться в силу высоких издержек при добыче. Да и правительство Великобритании категорически против того, чтобы отдавать права на все нефтегазовые месторождения близ берегов Шотландии. И тут предстоит ещё тот спор.
Шотландские сепаратисты подчёркивают свою приверженность и заботу о сохранении национального языка и культуры в целом. Между тем на смеси английского и местного языка, так называемого скотс, говорит менее одного процента шотландцев, а местный самый древний - гэльский язык - вышел из употребления ещё в XVIII веке и ныне забыт напрочь. В своё время и Ирландия также в качестве лозунга о необходимости независимости от Британии выдвигала заботу о родном языке. Но, получив независимость, ирландцы благополучно забыли об этом лозунге и в настоящее время и в обиходе, и на официальном уровне употребляют язык «оккупантов» - английский.
С самобытной культурой шотландцев дело обстоит более убедительно. Мода на шотландские юбки (кильт), музыку (волынка) и архитектуру (знаменитые замки), не говоря уже о «национальном напитке» - виски, вот уже многие десятилетия имеет место не только в англосаксонских государствах, но и во всем мире. Ради справедливости следует напомнить, что  этот брэнд стал раскручиваться, кстати,  не в последнюю очередь  по коммерческим соображениям, лишь с середины прошлого века и не без содействия центральных британских властей из Лондона.
Другое дело - литература. По общему признанию, она ни в чём не уступает английской. Всему миру известны такие шотландские выдающиеся литераторы, как Роберт Бёрнс, Вальтер Скотт, Роберт Льюис Стивенсон, Кеннет Грэм и другие. Да и с точки зрения вклада в мировую науку шотландцам есть чем и кем гордиться. Достаточно вспомнить основоположника классической теории капитализма Адама Смита.
Референдум о независимости также поднимет вопросы об участии Шотландии в выплате британского госдолга, месте нового государства в Евросоюзе, распределении природных ресурсов, а также будущем британских атомных подлодок, которые базируются на западном побережье Шотландии.
Особую ставку националисты делают на поддержку идеи независимости на международной арене. Для этого они не гнушаются обещаниями относительно будущего внешнеполитического курса суверенной Шотландии в самом широком диапазоне: от отказа от ядерного статуса и закрытия военных ядерных объектов и баз на территории страны, неучастия в «военных авантюрах типа иракской и афганской» до подтверждения намерений оставаться «преданным» союзником США, быть «полноценным» членом НАТО и участвовать в противодействии любыми способами «российской экспансии» на севере Европы. Однако такой «плюрализм» пока не находит живого отклика среди основных игроков на международной арене.
Естественно, шотландские националисты первым делом обратили свои взоры к США. Согласно переписи 2006 года, здесь проживает 9,2 млн. американцев шотландского и шотландско-ирландского (из Северной Ирландии) происхождения. По неофициальным данным, в три-четыре раза больше. Через эту «диаспору» националисты и пытаются воздействовать на Вашингтон. Предпринимаются попытки «возбудить» и влиятельные шотландские общины в других англосаксонских странах: Канаде, Австралии и Новой Зеландии. Но руководители шотландской общины в США, в том числе в американском конгрессе, памятуя о том, что США и Великобританию связывают беспрецедентные «особые отношения», пока упорно избегают затрагивать эту тему, по крайней мере официально. В других англо-саксонских государствах вообще проявляют равнодушие к данной проблеме.
С Европой (Западной) дела обстоят ещё сложнее. С одной стороны, в отличие от Англии в Шотландии отсутствуют настроения «евроскептицизма», в результате чего, как считает кое-кто в Эдинбурге, независимость должна получить поддержку в наиболее влиятельных государствах ЕС - Франции, Германии и Италии, а затем и в других европейских странах. Но для принятия в ЕС потребуется одобрение всех 27 стран-членов этой организации. Однако такие страны, как Испания, у которой провинция Каталония также настроена на независимость, скорее всего, будут противодействовать этому, чтобы не создавать прецедентов. Но не это самое сложное. Ставшая независимой Шотландия с неизбежностью поставит перед ЕС ряд трудных вопросов, в том числе о необходимости полномасштабных переговоров об условиях её принятия в эту организацию, в том числе относительно получения субсидий от Брюсселя, которых добился Лондон для британских фермеров. Кроме того, принятие Шотландии в ЕС повлияет на изменение отношений Лондона с этой организацией, в том числе скажется на финансовых взносах Великобритании в ЕС, что создаст крупные проблемы для всех стран-участниц.
Не стоит забывать Эдинбургу и о необходимости разработки, согласовании и принятии в короткий срок многих сотен договоров и соглашений, регламентирующих отношения нового государства с внешним миром.
И последнее, но не менее важное. Наиболее горячие головы из числа шотландских националистов не оставляют попыток склонить общественное мнение в Шотландии «последовать примеру ирландцев, добившихся своей цели вооружённым путём». Однако история борьбы ирландцев за независимость мало напоминает «вялые» протесты шотландцев. Более того, в ирландской национальной памяти крепко запали факты колонизации их земель со стороны британцев, среди которых именно выходцы из Шотландии проявляли особую прыть.
Естественно, Лондон не намерен оставаться безучастным наблюдателем начинающегося нового этапа государственной дезинтеграции. Во время визита в Эдинбург 16 февраля премьер-министр дал понять, что британское правительство в целом не исключает возможности деволюции (так здесь называют процесс полной передачи властных полномочий от Лондона шотландским органам управления в Эдинбурге), но готово вести диалог на эту тему исключительно за рамками референдума. Представители всех общебританских партий в регионе выступили в поддержку этой позиции. Данная стратегия может оказаться вполне успешной. С одной стороны, она предлагает некоторую альтернативу тем, кто опасается рисков независимости, но верит в необходимость изменения статус-кво. С другой - позволяет правительству не брать конкретных обязательств в этом вопросе.
В попытке отговорить шотландцев от поддержки независимости Шотландии, предполагающей выход из состава Великобритании, британский министр внутренних дел Тереза Мэй предупредила о том, что независимая Шотландия откроет двери для массовой иммиграции и проникновения терроризма. «Работая вместе, мы боремся с международным терроризмом, являющимся врагом всего мира. Работая вместе, мы боремся с международными наркобаронами, которые разрушают наше общество, разрушают семьи и опустошают жизни многих людей. Вместе мы сильнее. Сильнее на мировой арене, сильнее в защите нашей независимости в Европе», - приводит её слова «Гардиан».
Не приходиться сомневаться, что со временем в ход пойдут любые методы и средства, чтобы остановить движение Шотландии к независимости: от задействования  рычагов «особых отношений», прочно связывающих Великобританию с США, до всевозможных политических интриг и так называемой закулисной борьбы. Ведь успех националистов в Шотландии наверняка послужит примером для уэльской и североирландской национальных элит, что в конечном итоге может привести к развалу Великобритании.

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

«Красная звезда» © 1924-2018. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика